Я умер и переродился шаманом-травокуром

Ты для них просто превосходный подопытный кролик... — девушка с головой погрузилась в собственные мысли, и я был вынужден признать, что с каждой её новой фразой я становился всё более и более ценным пленником. Чтобы избежать участи золотой свиньи, я твёрдо решил избавить бедняжку от соблазнов:

— У меня нет никакой книги заклинаний. Можешь проверить сумки.

— Просто ты спрятал книгу где-то по дороге, выучив самые крутые плюшки! — в даме проснулся охотничий азарт, и своим поведением она ясно намекнула, что лучше бы поскорей дать ей точные координаты той вещицы, которую она так жаждала заполучить.

Чтобы не показаться навязчивым, я изобразил на своём лице выражение полнейшего испуга. Помимо первого очевидного плюса, который даёт такое поведение, был и ещё один, неочевидный — мой напускной страх подтолкнёт собеседницу к решительным действиям. Так оно и вышло: подумав, что я что-то скрываю, Маргарита чуть не взлетела к небесам.

— Так и знала! — воскликнула она после непродолжительной паузы. — И где ты её нашёл.

.. Нет, погоди! Лучше так: где ты её спрятал? — собеседницу так интересовали заклинания шаманов, что её трясло от нетерпения.

— Хм... — изобразить думающий вид. — У дуба, на повороте в твоё имение. — и соврать как ни в чём не бывало.

— Если ты солгал, то я и вправду изрежу тебя на мелкие кусочки, ты это понимаешь? — вполне культурно осведомилась дамочка. — И что ты там жуёшь?

— Бугага!

— ...

Дикая боль сковало моё тело, и я тут же сжался в комок чего-то дурно пахнущего.

Съеденное растение превратилось в тлен. Я заплевался песком и принялся кашлять.

«Ох, и рано же я позлорадствовал! Это была ошибка. Возможно, фатальная...»

— Так и знала, что этим кончится. — не дав мне оправдаться, дама достала из сумочки какую-то поношенную тряпку и засунула её мне в рот. — Юра, я собаку съела на самых необычных видах магии. У меня по твоему шаманизму докторская!

«Не знаю, что это, но звучит довольно устрашающе...»

Близился рассвет. С лесных деревьев поочередно взлетали птицы, — должно быть, чтобы наловить с утра пораньше вкусных насекомых, — и резво выбегали молоденькие барашки, погоняемые сонным пастухом.

.. И лишь я висел, как спелая груша ветке, так ещё и с кляпом во рту.

— Не скрою, меня очень тянет проделать в тебе лишнюю дырку или держать в подвале на воде и хлебе. — напомнила о себе садистка, доставшая откуда-то красное яблоко. — Но вынуждена признать, что твои игры с призывами порядком меня заинтересовали.