О.М.Б. Том 4. Возмездие

Я почувствовал на себе встревоженный взгляд Хагена. Мне, конечно, и самому не слишком по душе была мысль, что рубин размером с яйцо может в один миг рвануть и иссечь мои внутренности миллионом осколков. И все же повода для паники я не видел, пожалуй, даже такое я смогу пережить. Куда больше меня пугала мысль, что в таком случае печать не сработает.

— Может нам и вовсе отказаться от этой затеи? — вкрадчиво спросил Хаген, положив мне руку на плечо.

Я отрицательно покачал головой, но Хаг и не думал униматься. Он развернул меня к себе и теперь тревожно глядя в глаза, возмущенно заговорил:

— Зачем тебе эта присяга, Тео? Разве много мы выиграем времени, если ты не явишься на присягу? Зачем нам так рисковать?

Я слегка отстранился, высвобождаясь из его хватки.

— Во, первых, — строго произнес я, — даже лишняя неделя для нас — это бесценное время, которым мы никак не можем разбрасываться. Как только в столице обнаружат, что в списках я есть, а на присяге меня нет, а еще учитывая те подозрения из-за Элайны, меня тут же начнут искать.

Мой тон заставил Хагена как-то быстро сдаться и сникнуть, но я продолжил говорить:

— Во-вторых, у меня договоренность с Линетт. Я должен ее забрать из дворца. А еще она наш разведчик, без ее сведений нам будет непросто выиграть эту войну.

— Линетт Эйвирил? — удивился Гроут, переглянувшись с Динокесом.

В ответ я только коротко кивнул и, резко развернувшись к магистрам, спросил:

— Начнем сейчас?

Динокес кивнул и взял алый камень, осторожно сжав ладонь. Он поднес рубин к глазам, пристально изучая его.

— «Сердце Флорентийского чудовища», — сказал Динокес, любуясь камнем. — У этого сокровища весьма интересная история. По легенде примерно четыре века назад этот рубин нашли рыбаки в теле огромного, уродливого морского чудища. Разумеется, чудище было тера-демоном, но с ним что-то приключилось, потому что к одному из островов Флорентии его прибило уже мертвым. Что убило демона, останется загадкой навсегда, но куда более удивительно, как этот камень попал в нутро этой твари.

Динокес обвел нас многозначительным взглядом, словно бы ждал, что мы начнем выдвигать собственные догадки. Но едва ли это было так, потому что он тут же продолжил.:

— «Сердце Флорентийского чудовища» прошло немалый путь, прежде чем оказаться здесь. Его трижды дарили женщинам, дважды похищали, и как минимум десять раз продавали.