Семь кругов долга

Вроде бы перед тобой такой же человек, который может быть так же опасен, непредсказуем, даже вооружен. Он точно так же способен тебя ранить, покалечить, убить. Неудивительно, что на первый план выходят вбитые годами обучения и отшлифованные десятилетиями службы навыки как нейтрализовать, ликвидировать, захватить объект. Но подспудно в голове звенит колокольчиком простая мысль о том, что пострадать мирное население не должно. Эти люди, стоящие против тебя, в данный момент не военные, и не имеет значения, были ли они солдатами в прошлом, проходили ли боевое обучение или крещение огнем.

Сейчас они не в защитных комбезах и у них нет права умирать из-за какого бы то ни было приказа.

Напротив Шенга стояли даже не жители с вражеской территории, а граждане южного района. Его района, в котором он отвечал за порядок и благополучие. Некоторых он знал в лицо, пару человек помнил по именам. Каждый из присутствующих мог запросто поздороваться за руку с командующим, поболтать о насущных делах. А пекарь Кард и сапожник Щерко вообще когда-то служили под его началом.

Удивление быстро сменилось раздражением. Если вспомнить, как вели себя люди возле позорного столба во время голосования — то такая реакция была ожидаемой. Вспышки недовольства могли возникнуть или даже перейти в фазу коротких, быстро и безболезненно подавляемых бунтов. Но, проклятье высшим силам, почему это не произошло на главной площади? Там, где по периметру стоял на карауле корпус вышколенных солдат. Сто пятьдесят военных смогли бы легко вразумить зарвавшуюся толпу.

Вычислить и схватить лидеров, намять бока самым голосистым, прописать плетей самым горячим. Но здесь… когда рядом с ним всего одно отделение, а против них с полсотни граждан. И это только в доме. На улице раз в десять больше. И по доносящимся выкрикам слышно, как народу прибывает. И вряд ли присутствующие будут настолько недальновидны, что позволят послать гонца за подмогой.

Вслед за негодованием накатила привычная боевая злость.

То состояние, когда голова работает особенно четко, быстро оценивая ситуацию, просчитывая варианты. А тренированное тело при этом двигается абсолютно автоматически и практически автономно.

“Боевой режим” у обоих полковников включился мгновенно, словно по команде. Борг выдвинулся вперед, закрывая сына. Попутно отшвырнул двоих женщин, бросившихся к стоящему на коленях парню. Шенг за шкирку спровадил скованного Лерта в дальнюю комнату и встал на пороге.