Семь кругов долга

Рукопожатие получилось сухим и скомканным и напоминало не жест дружелюбия, принятый в Федерации с давних временем, а исполнение бессмысленного ритуала.

— Можем поговорить и здесь, но, думаю, в доме будет удобнее, — учтиво кивнул в сторону своего штабного здания Шенг. Он был моложе полковника северного района на пять лет, ниже на полголовы и чуть шире в плечах. И, в отличие от Борга, растил одну дочь. Девочке также было четырнадцать лет.

Отдать необходимые указания было данью вежливости — и так ясно, что не чаи распивать Борг сюда примчался.

Тем более с такой скоростью. И трех суток не прошло, как они курьера из штаба отправили.

Чернявый адъютант проворно расставил на столе глиняные кружки, разложил на большом блюде куски нарезанного хлеба и пласты мяса, торопливо осведомился насчет дальнейших указаний и, получив отрицательный ответ, выскочил из горницы, плотно прикрыв за собой дверь. Над кружками закручивались колечки пара, намекая то ли на слишком прохладную атмосферу в помещении, то ли на чересчур старательно заваренный кипяток.

Шенг, на правах хозяина, уселся за стол. Борг, проигнорировав принесенный для него стул, замер возле окна, беззвучно выстукивая по раме какой-то напев. Пар перестал подниматься, а разговор так и не начался.

Все и так было понятно. Несмотря на разницу в возрасте, оба полковника прошли одну и ту же школу выживания, оба имели стальной характер и почти схожие жизненные принципы. Всего-то и отличий, что одному, еще в звании лейтенанта, с десятком вызвавшихся добровольцев пришлось прикрывать отступление разбитого батальона.

А второму, уже будучи капитаном, довелось в одиночку поднимать солдат в атаку. И не приказами, а личным примером, вставая в полный рост под возмущенное посвистывание арбалетных болтов. Лейтенант продержался на точке восемь с половиной дней. Капитан, будто заговоренный, прошел, не уклоняясь и не прячась, почти версту под шквальным огнем. Они служили в разных частях, получали благодарности или нагоняи в разных штабах, зализывали раны в разных госпиталях. Познакомились только на закрытом собрании, во время подписания перемирия всеми районами.

Потом много чего еще было. И совместное подавление бунта в юго-восточном округе, когда к повстанцам переметнулась даже часть регулярной армии. Тогда оба полковника наравне с обычными солдатами месили грязь в наспех выкопанной траншее и едва не передрались друг с другом за право отправиться на переговоры к бунтовщикам.