Кровавый дракон

Чрезвычайно раздражённый сплошными неудачами, Дилль почувствовал, как в нём просыпается гнев. Гнев придавал сил, но даже этого оказалось недостаточно. Тогда Дилль решил, что терять больше нечего и призвал драконью ярость.

Нечеловеческая мощь затопила его, едва не погребая под собой сознание. Дилль, чувствуя, что не справляется с бешеной энергией, выпустил её в сверкающее поле. Малиновые искры исчезли и тут же вновь появились. Воодушевлённый непонятным, но явным результатом, Дилль принялся долбить защиту, однако больше ничего подобного не случилось.

Разочарованный, он произнёс мантру спокойствия, и драконья ярость начала исчезать.

Вернувшись в физический мир, Дилль мрачно посмотрел на неказистую дверь – такую близкую и такую недоступную.

– Ладно. Я вернусь. То, что сделал один мастер, может повторить и другой. Узнаю у старика какой-нибудь способ и вернусь во всеоружии. Пока!

И на прощанье Дилль хлопнул ладонью по защите. Рука его, не встретив никаких невидимых препятствий, ударилась о колонну, а сам едва не упал.

Удивлённый Дилль осторожно протянул руку к дверной ручке и коснулся её. Она была холодной и шершавой, какой и должна быть бронзовая ручка, находящаяся в глубоком подземелье.

Дилль оглянулся – муары сгрудились вокруг него, и будь у них глаза, смотрели бы на него с любопытством. Он набрал воздуха, словно перед прыжком в холодную воду, отворил дверь и шагнул внутрь комнаты, которая не открывалась уже шесть сотен лет.

Дилль осторожно зажёг крошечный световой шар.

Обстановка внутри была аскетичной, если не сказать нищей: пол из грубо отёсанных каменных плит, стены из серого камня, посреди комнаты круглый стол на трёх ножках. И всё. Ни тебе шкафов, наполненных старинными фолиантами, ни сундуков с богатствами, ни хитрых магических приборов.

– И из-за чего было огород городить? – удивлённо сказал Дилль. – Может, в тайной комнате есть другая, ещё более тайная комната?

Он обошёл небольшое помещение, постукивая костяшками пальцев по стенам – только пальцы отбил.

И в тот момент, когда уже хотел возмутиться тупыми шутками давно умершего мага, заметил тонкую книжку, лежащую на столе.

– О, вот и фолиант! – воодушевился Дилль.

С внезапной робостью он перевернул обложку и понял, что это не книга, а, скорее, дневник. Во всяком случае, текст был неровным и с кляксами – никакой уважающий себя переписчик не допустит подобной небрежности.

– Приветствую тебя, собрат! – склонился над дневником и прочёл он вслух.