Из рода Бурого Медведя. Том 5

Треск! Птичий вой! Тогда выхватил Огненный клинок левой рукой и вновь ударил по его плечу.

Срезал! Затем удар шестопёра, который отлично справлялся с материей тьмы, из которой был сделан клюв. На седьмой удар, когда у меня заболела ладонь, клюв отвалился. С меня капал пот, едва хватало дыханья.

Тогда он рванул вверх, взлетел молнией на два метра и попытался вонзить мне в грудь когти ног. У него почти получилось. Твёрдые двадцатисантиметровые когти начали входить в моё тело, когда я крутанулся на месте и срезал их Огненным клинком.

Существо бахнулось на деревянный пол. Теперь уж без ног и без руки. Оно стало каркать, верещать. Дымчатые демонические духи плясавшие вокруг нас, что-то взвыли и испарились.

Я произвёл казнь Максима Воронова.

Последнее что я запомнил как на его страшной роже с обломанным клювом, где виднелась кость черепа, отразился страх. Он просил не убивать его, закрывал рукой голову и пытался вернуть своим почти чёрным глазам человеческий облик.

Но мой вердикт остался неизменным…

Когда я, весь задолбавшийся, открыл дверь из библиотеки, то надеялся увидеть смертный бой между моими парнями и теми остальными.

Но всё было тихо. Стихла музыка, потушили две огромные люстры. Горели лишь ночники по углам. И мои ребята лежали в объятьях этих ведьм с идеальной внешностью.

Проверив остатки магии, я с удовлетворением понял что осталось почти шестьдесят процентов. А значит для боя хватит.

- …вашу мать! – сказал громко я и запустил в люстру огненный шар.

Громкий взрыв разнёсся по всему залу, пробудив это место от дьявольского сна. Из закутков на меня воззрилось около двадцати пар глаз, злые и не очень.

- Что ты творишь Мишка?! – вскочил Никита и побрёл шатаясь ко мне.

- Воронов пытался меня убить! – сказал я резко. – Казнить всех кто тут есть!

- Но Мишка! - начал было Никита.

Хлоп, хлоп, хлоп! Схватил его под грудки, и врезал несколько пощёчин.

- Очнись! Очнитесь все!

И Никита словно очнулся. А я подумал что плохая идея была переться сюда без своих девчонок.

Никита тем временем всё думал, замер и Быбелкин. Но у бесноватых нервы сдали первыми. Они кинулись рвать моих товарищей на части с дикими визгами.

Через несколько секунд я уже отбивался от пятерых бесноватых мужского пола, посылая в них очереди из огненных стрел, круша их птичьи черепа и клювы.

Раздался треск стёкол!

Огонь охватил весь потолок, дым мощными клубами валил наружу через верхние окна, которые успели лопнуть.