Арена: Инквизитор

На темном месте силы эти твари даже в одиночку могут нападать, Тем более свежо обращенные. Все новенькие у темных дурные до жути. У них крышу рвет по страшной силе. - Ну не хера себе. – Вот черт, а Леха кажись ему верит. – А откуда ты это знаешь? И че еще за темные силы? - А черт его знает… Просто знаю и все. – Витек и дальше рассказывает свою сказку. Бредит, одним словом. Смысла их слушать я не вижу. Под разговор дурака и двинутого достою телефон. Самый настоящий спутниковый телефон. Я один из тех, кто его видел не только в кино, но и имеет свой, пусть и не собственный агрегат.

Главный недостаток этого прибора размер, весь бардачок занимает. Зато прямая защищённая линия просто бесценна. Но по старым традициям, мы всегда соблюдаем конспирацию. Бережёного бог сбережет. - Я грешен отче. – Ритуальная фраза звучит по-особенному горько этим вечером. - И в чем твой грех? – Ритуальный ответ на том конце, как всегда, пуст и бесстрастен. - Я не смерен духом. И не готов поставлять левую щеку детям сатаны. – Ритуал продолжается, но мне кажется или я сегодня тороплив в речи. - То не грех сын мой. То промысел господень. – Пафосный конец ритуала у отца настоятеля вышел сегодня особенно тусклым. Похоже ни у одного меня сегодня вечер не задался. - Гнездо зачищено. Семнадцать трупов. Три самки, четырнадцать самцов. Помета нет. – Вот так. И не как иначе. Это звери, не люди. Одним словом, вампиры. - Потери? – Вот теперь голос живой человеческий, не запись на мысленной пленке.  - Один двухсотый. Пятеро раненых. И… Один одержимый. – Витек сейчас что-то втолковывает Лехе, так что можно называть вещи своими именами. - Печально… Но вы молодцы. Я ожидал больших потерь… Вы уверены, что парень одержим? – Отец настоятель заинтересован, видать не только в моей команде одержимость большая редкость. - Нет. Все симптомы говорят о том, что это обычный психоз. Вы знаете, что я часто видел такое на службе. Вот только этот парень из первого набора. А значит если бы был накопленный стресс он бы уже давно его проявил. А тут полная неожиданность… И да… Тот двухсотый… Это он его. – Когда я уже смогу спокойно говорить о своих, которые стреляют в спины нашим… Боюсь, что никогда. - Это очень печальная новость. – Отец настоятель замолкает, явно о чем-то думает. - Есть кто-то кто может помочь? – Невероятно, но я все еще могу говорить с надеждой в голосе. Чудо не иначе. - Позвони минут через десять пятнадцать.