Хан. Рождение легенды

Наконец, обратив свое внимание на Хосе, повернулся к нему.

— Ну что же, ученик, ты готов, — строго произнес учитель. 

— Прошу меня простить, но я по-прежнему не могу победить в бою даже Арана, — логично возразил Хосе.

— Ты по-прежнему не веришь в бога… — тяжело вздохнул учитель, — Ты и не сможешь победить Арана, ибо он использует магию, чтобы укрепить свое тело, ускорить движения и увеличить силу. И хотя я ограничил ее применение против тебя, но твои успехи впечатлили даже меня. Так что пришлось снять некоторые ограничения.

 

— Ясно, — осознав значение сказанного, коротко произнес Хосе. 

— Прежде чем ты отправишься проходить свое последнее испытание, я бы хотел задать тебе вопрос… — неожиданно тяжело произнес старик. — Как ты думаешь, что такое судьба? И можно ли на нее влиять? 

— Сложно ответить однозначно, — задумался над ответом Хосе. — То, что мы встретились — это судьба, и, возможно, этому даже помог бог. Если рассуждать теоретически, то имея знания о каждом моменте жизни разумных и данные обо всех животных, насекомых, деревьях и земле, то есть обо всем, что творится на планете, и используя очень мощные вычислительные возможности, думаю, можно предсказать некоторые события.

 

— Разумный и правильный ответ, — довольно усмехнулся учитель. — Так почему же ты не хочешь признать, что существует тот, у кого такие возможности есть? А если он может вычислить будущее — значит, внося малейшие изменения в структуру настоящего, он меняет будущее в том направлении, которое ему нужно.

— Но бог же не один. Правильно? — возразил Хосе.

— Да, это так, — искренне улыбнулся учитель, — ты правильно понял. Если меняют будущее несколько таких сущностей как бог, то и результат становится смутным даже для них, или они начинают вмешиваться очень часто. Это чем-то напоминает игру в вэйци… понимаешь, о чем я?

— Да, учитель, но тут, мне кажется, удачнее подходит сравнение с шахматами. — Хосе знал все о любимой игре учителя, вэйци, но шахматы ему нравились больше. 

— Пусть будут ваши шахматы… — поморщился учитель.

Он умел играть в них, но считал их намного более примитивными, чем вэйци. Иногда он даже говорил, что шахматы придумали ленивые глупцы, не сумевшие понять дух и силу вэйци. — Боги уже давно мыслят на десятки ходов вперед, тогда как нам не видно дальше чем на один-два хода. То, что сейчас нас свел вместе бог — это просто очередной его ход на доске мироздания. Который в будущем, возможно, принесет определенный результат.