Гром

Вокруг темнота, а я не могу сделать и вздоха, шею что-то сильно давит. Страх затопил мой разум, я пытался вздохнуть, но не мог. Руки метнулись к шее, на которой я обнаружил цепь, которая меня душила.

— Что сопляк думал, на Грая просто так можно руку поднять, да я таких, как ты, на завтрак с потрохами ем. Сейчас ты сдохнешь, и никто тебе не поможет, — услышал я яростный голос разбойника рядом с собой, а цепь начала душить еще сильней.

Я заметался во все стороны, силясь вырвать или стянуть с себя цепь, толку от этого не было.

— Сдохни, тварь, сдохни уже, — раздавался рядом со мной этот противный голос. Перед глазами уже все поплыло, и тут я вспомнил, что я все же одаренный и могу эту тварь долбануть разрядом, и моя рука потянулась на голос разбойника, дабы вцепиться в эту гадину.

Вдруг сбоку, откуда и шел голос разбойника, раздался звук удара и вскрик, а потом еще один удар — и цепь мгновенно ослабла.

Я смог вздохнуть, как же это, черт возьми, приятно, просто дышать, сбоку же возня прекратилась, лишь слышалось женские всхлипы.

Стянув с себя цепь, я повернулся и осклабился. Разбойник находился рядом, я прям чувствовал его, и с горем пополам смог его разглядеть, он полусидел, откинувшись на стенку. Не теряя времени даром, я два раза долбанул ему по лицу с локтя, но он никак не прореагировал, что и заставило меня остановиться.

Найдя на ощупь его шею, я попытался почувствовать пульс, но его не было. Эта тварь была мертва.

Я вгляделся в темноту и заметил сидящую и сжавшуюся в комочек Рею, это она всхлипывала.

— Эй, что случилось? — раздался неожиданно голос Варина, и в ночной тишине его голос был как гром среди ясного неба.

— Все хорошо уже, эта тварь решила со мной поквитаться и чуть не придушила, — бросил я в ответ.

— Вот оно как, точно все хорошо? — уточнил Варин, в его голосе слышалось переживание.

— Да, спи уже, — ответил я, в этот момент заголосил кто-то из детей, а следом и остальные.

Не обращая внимания на их плач, я перебрался к Рее. Ее всю трясло, и я начал аккуратно гладить ее по руке и приговаривать:

— Ты молодец, ты меня спасла.

Девчонку потряхивало, а я все так же ее гладил. Все-таки она явно не уличная, не та реакция на агрессию и насилие, я это еще днем заметил, она домашняя девчонка.

Заметив, что Рея успокоилась, я спросил:

— Чем это его ты?

— В…в…ведром, — произнесла она, заикаясь.

— Ведром, значит, — пробормотал я. Действительно, деревянным ведром и пришибить вполне возможно, что и произошло.

— Я его-о убила.