Виктория значит Победа

Вика заметила, что волосы и кожа у них очень светлые, как у нее самой, только перепачканы сажей или землей, а одежда, кажется, совсем недавно была куда более цивилизованной, чем у их поработителей, ее явно пошили из тканей, созданных человеком.

Воин, смеясь, протянул стоящему ближе к нему мальчишке обглоданную кость. Когда тот брезгливо отвернулся, бородач стал пихать кость ему прямо в плотно сомкнутые губы, а когда вновь ничего не вышло, с размаху ударил ею паренька. Тот полетел наземь, увлекая за собою привязанных к нему собратьев.

Воины загоготали, выкрикивая что-то неразборчивое. Бурдюк с хмельным напитком снова пошел по кругу.

Внутри у Вики все закипело. Вот так обращаться с детьми? Да люди ли это вообще? Скольких малышей она сама защитила в свое время от распоясавшихся старшеклассников, пока те не начали ее уважать и бояться! Но тут дело похлеще. Тут явно не ограничится разбитым носом. К тому же, она одна в чужом мире, не знает ни здешних законов, ни расстановки сил.

А вдруг одолеть этих садистов недостаточно, вдруг у них поблизости еще главные силы? Но нет, она же Вика-победитель, она не может пройти мимо несправедливости, чем бы это ей ни грозило.

- Лучик, этих ребят точно надо спасать, - прошептала девочка, прильнувши к самой шее коня. – Ты не против, если я использую твою гриву вместо уздечки? Не просто подержусь, как сейчас, а по-настоящему? Потерпишь?

Конь кивнул, как будто соглашаясь. Тогда девочка намотала его длинные пряди на кулак левой руки, а правой подхватила толстую суковатую ветку, по-видимому, отбитую от дерева грозой, и запутавшуюся в соседних ветвях.

Вот так, хоть какое-то оружие.

Вика никогда не делала лошадям больно, вот и теперь не ударила Луча пятками в бока, а негромко произнесла:

- Н-но! Пошел!

Крепко держась за гриву, она направила своего скакуна прямо в центр окружавшей костер толпы. Воины обернулись было на стук копыт, но было уже поздно. Белокурая молния ворвалась в их круг и начала наносить удары один за другим.

 

Воин, оказавшийся прямо на пути у скакуна, переломился пополам под его копытами, даже не успев вскрикнуть. Еще одного Вика с размаху огрела своей дубинкой, так, что острые сучки вонзились ему в лицо, и тот покатился по земле, вопя от боли.

Тем временем, всадница ринулась к тому мерзавцу, что ударил мальчишку. Сейчас бородач сжимал в руках бурдюк, и продолжал хлебать, видимо, не заметив всеобщей суматохи.