Виктория значит Победа

Наконец, ей удалось застегнуть на рубашке все пуговицы, и она принялась за последнюю деталь – красный шейный платок, символизирующий, опять-таки, частицу священного огня Пейве. Сестренка теперь уже не вертелась, а щурилась от яркого света лампы, висевшей прямо над головой. Наконец, особый узел завязан. Вика поднялась на ноги и подвела Ошо к большому зеркалу, висевшему на стене. А как вы думали, в такой конюшне разве можно без зеркала? Ведь должны же разумные лошади полюбоваться собой.

Ошо окинула себя критическим взглядом, обернулась к Вике и произнесла:

- Сестра, ты знаешь, я носила эту форму и раньше.

Но еще никогда она не сидела на мне так хорошо. Раньше меня одевала воспитательница, но для нее это лишь работа. А ты так… по-настоящему, с такой любовью…

Вика тепло улыбнулась в ответ и прижала маленькую сестренку к своему боку. Та доставала ей где-то до подмышки, а теперь уютно обхватила ее руками за талию. И все Викино сердце захлестнула волна такой неизмеримой теплоты, такой нежности, которой она еще не испытывала никогда прежде, теперь даже больше, чем в день обряда.

Наверное, вот такое же чувство охватывало папу, когда она сама прижималась к нему. И в ее сердце в такие моменты тоже была сильная теплота, но наверное, у него все же больше. Словом, Вика впервые в жизни ощутила, что значит быть старшей и более сильной для близкого человека, отвечать за него, защищать там, где он сам еще не может отбиться по малолетству… Уже три дня они пробыли сестрами, а счастье всё никак не приедалось, не снашивалось, а только всё росло и росло.

- Пойдем, - сказала она, наконец. – Путь неблизкий, а на конях туда не пускают.

- А разве ты сама, не переоденешься, сестра? – спросила Ошо.

- Да ведь у консоумольцев нет парадной формы! – усмехнулась Вика. – И у Осенят, кажется, тоже нет. 

- Да, про Осенят я знаю, - кивнула Ощо. – Сама ведь недавно была одной из них. А потом меня принимали в Первопроходцы у твоего памятника. А ты сама была у своего памятника?

- Нет, еще не была, - помотала головой Вика.

– Мне же не до экскурсий.

И сама мысленно обругала себя – мол, чего выпендриваешься перед крохой, как же уработалась вся. Она по-прежнему испытывала невольный стыд перед друзьями, которые трудились, не покладая рук.

Тем временем, в дверь уже постучали, и голос вечно нетерпеливой Кизили произнес:

- Девчонки, ну где вы там застряли?

Вика поспешно открыла дверь, и вскоре уже вся компания покинула лабораторию.