Вставай и иди

Песок полз по руке и ногам колоса, сжимаясь и превращаясь в песчаник, а воздушный маг периодически обрушивал на его голову атмосферные удары.

Но в какой-то момент тварь подняла взгляд куда-то вперёд и в эту же секунду песчаник с треском крошащейся горной породы разлетелся в стороны.

- Какого…

Лишь и успел сказать маг.

Голем вскочил во весь рост и эталонным ударом ноги отправил в полет телегу прямо в волшебника. И в ту же секунду развернулся и в спортивном выпаде рухнул на песок идеально накрыв ладонью воздушника, поломав его как соломенную куклу.

- Со́ротхова срань!

- У меня манны нет, я с рождения пуст, - открестился Бим, шепча, словно боясь, что монстр вспомнит про них.

- Я понятия не имею сколько надо, лишь инструктаж слышал, меня не обучали. Да и магией я никогда не пользовался. Разве что искру для костра дать.

- Понятно, все сам.

Голем ринулся на них. Позади прорвали строй, на глазах троих ребят изрубили в течении пяти ударов сердца. Времени придумывать колесо нет. Забрав наконечник, Вол сказал:

- Помогите им.

Да будет справедлив к вам Аморе́нт.

Бим и Амир рванули по телам мертвых легионеров к уже заходящим в брешь хисамам и шухам.

Голем смотрит прямо на человека.

«Что же я ему так понравился то?»

Идет не очень быстро. То ли понимает, что ему ничто не угрожает, толи так сказались повреждения от попадания. Но что-то воину подсказывает, что он умнее обычных тупых големов. Нашел себе цель в виде баллисты, выдернул болт из груди. Что-то не так.

Внезапно между человеком и огромным големом проносится белая тень и молотом наносит мощнейший удар по голове темной груды камней.

Легионер, выругавшись, по большой дуге начинал оббегать сцепившихся. Белая тень оказалась имперским големом из светлого магического мрамора.

Левой половины головы нет, всё тело посечено осколками, но он все равно прекрасен. Тело атлетического сложения с имитацией древней брони старой империи. Белый вдвое ниже соперника, но куда проворнее.

В лучшие времена было по двое на сотню, но затем решили, что они слишком дорогие из-за постоянной необходимости в подзарядке манной, и сократили до одного на две сотни.

У пограничников их вообще нет, только строительные и тяжелые в заставах.

Молот спасителя был в таком себе состоянии, как, собственно, и сам спаситель. Сегодняшний бой явно его потаскал. Главное, чтобы в нем не кончилась манна. Он упорно продолжал уворачиваться от выпадов противника и наносить удары то по ногам, то по руке.