Вставай и иди

Но при мне город процветать стал. Эта сука не меньше половины казны тратила на взятки, чтобы ещё треть себе хапать.

- И что не прессовали тебя?

- Пытались. А как прессануть лейтенанта с целым взводом? Много зубов повыбивали. Очистили город до конца только вот год-два назад, со стражниками местными сдружились крепко, они помогали, там ребята простые, наши. Я зарплаты им поднял, как и шахтёрам на прииске.

- А префект города что?

- Дядька бывшего казначея, прикинь? Лично ему рожу набил. Приехали отсюда дознаватели, а у меня все бумаги готовы.

Главный их тоже ему по роже дал втихушку. Через месяц судов всю семейку и повесили.

- Ааа, слышал же! – хлопнул себя по лбу док. – Я в Миттене тогда был! Самый грязный грабёж за столетие! Там такие суммы оговаривались!

- И не говори. Я теперь хуже крысы тыловой. Никуда почти не выхожу, вам спасибо, что вытянули меня, иначе я там в бумагах зачахну.

- А ты, как тебя угораздило в чёрно-белые то? – обратился Мортах к другу, открыв бутылку покрепче.

- Я после учебки на мед курс пошёл.

Пару лет учился ещё. Потом полевым медиком попал под Ванарию, как раз в разгар войны. Там меня повысили до военврача. Коим и являюсь по сей день. Определённого места службы нет. Туда-сюда через всю империю. Задница, извиняюсь, квадратная от дилижансов.

- Как же нас всех жизнь то раскидала, - кивнул Волемил смотря куда-то в пол.

- И не говори.

Старые друзья наслаждались общением, рассказывали истории, травили байки. Делились пережитым. Как-то так выходило, что никто из них не женился.

Ни один из десяти, на сколько известно. Это были молодые в душе люди, охочие до приключений и вызовов. Но у каждого находились свои пристрастия.

Айнцвер был большим фанатом азартных игр и всяческих ставок и споров, от чего не редко ещё по училищу бывал на мели. Матир оказался заядлым коллекционером, различных ножей, мечей, и других видов оружия. И даже немного заикнулся за пристрастье к созданию чучел.

Воктег, как не трудно догадаться, нашёл себя во вкусной еде, которой ему так не хватало в бытности крестьянским сыном.

Но, помимо того, он очень любил различные головоломки, от чего ум его был остёр как меч легионера.

А Волемил пил, очень много пил. И пил много всего от сидра до разбавленного спирта. Что по юности осложняло общение со старшим поколением.

- Вол, завязывал бы столько пить, ты у нас, конечно, всегда рекордсменом был, но это уже третья бутылка в тебя одного, даже не ел ничего толком.

- М? – непонимающе осмотрелся капитан.