Мёд и сталь. Наследница.

Из-за попытки покинуть контур поля, пентаграмма, связывающая меня, обрушила на нарушителя в моем лице всю свою ярость. Заряды молний прожигали болью во всем теле, ломали кости, сдавливали внутренности, кипятили кровь, от чего та казалась раскаленным металлом, рвали тело на части.

Из-за заслоняющей глаза боли я не слышала происходящего вокруг, лишь хруст своих костей и истошный вопль, из-за напряжения которых рвались голосовые связки. Казалось, что меня просто-напросто стирают с лица этого мира, прибегая к самым крайним и жестоким мерам.

Я понимала, муки мои не из-за обиженной Судьбы, а из-за высвободившегося хаоса, который завладел мастером, и который толкает меня в пропасть боли и страдания. Но осознание этого не отменял всего того, что сейчас со мной происходило. А последним, что я помнила, стук своей головы о пол и разряды молний, угасающих и прекращающих мои мучения.

8 глава «Заканчивается одна игра и начинается новая»

Раз человек учится играть в свое удовольствие, почему бы ему, не научиться думать в свое удовольствие? (Г.

Честертон)

Мозес.С такой проблемой, как врата хаоса мне сталкиваться еще не приходилось. Было лишь одно заклинание, которое могло их закрыть, но и оно вряд ли сработает. Для такого заклинания нужно слияние двух источников силы, тогда все пойдет, как и описано в древнем ритуале запечатывания врат, а у нас с этим проблема. Светлых магов у нас нет.

Младший эльф предложил на эту роль Сашель, как сильфа, но не учел тот факт, что она, во-первых – некромант по дару, а во-вторых – вампир и принадлежит тьме.

Так что на роль светлого источника она не подошла бы в любом случае, даже если бы была по прежнему сильфом полукровкой.

Кроме того, для ритуала нужно объединить источники, закрутить их в спираль, а она в пентаграмме и под заклинанием подчинения. Мы готовы были сдаться, как послышался голос старика девушки, вошедшего практически бесшумно.

- Зато я светлый, - я, как и все мои спутники практически забыли о истинном светлом среди нас. Старый сильф уверенной поступью вошел в комнату, где творилось черте что.

Но все это для него ничего не значило, главным было то, что Сашель в порядке, а происходящее в комнате его мало волновало.

Увидев старика, девушка обрадовалась, и кинулась к нему, но забыла о пентаграмме или кто-то толкнул ее, затуманив разум, заставив забыть. Заклинательный контур напомнил ей о том, что бывает с нарушителями запрета, выплескивая на нее всю ярость. Магические разряды прошлись по всему ее телу.