Кукловод

Почему бы и нет?

– Господина выволокли из замка! Ну и дела! – вклинился гнусавый, пока вся троица медленно приближалась к нам.

– Братан, у простолюдинов принято делиться, – хихикнул последний, самый низкий, а по совместительству ещё и лысый.

– Не брат ты мне, гнида черножопая, – я занял боевую стойку и подозвал их ладонью, точно Морфиус во всем известном фильме. – Подходи по одному… Господин вам таких пиздюлей отвесит, вовек не забудете!

– Какой дерзкий малец, – одноглазый вновь заулыбался, хотя делать ему этого явно не стоило, ибо я вмазал ему прямо в челюсть с кулака.

– Фубы… Мои Фубы… Фука!!!

– Вот урод, – выругался лысый и достал кинжал. – Его в расход, а с бабой сперва развлечёмся, потом продадим. За неё неплохо должны отвалить.

– Кого ты этой зуботычкой напугать решил, малыш? – усмехнулся я, но затем лысый достал ещё один кинжал, уже побольше. И будто этого мало, его коллеги по опасному бизнесу тоже вооружились заточками. – Хм… Это начинает быть опасным…

– Вали петуха!!! – лысый с криками набросился на меня.

Глава 3

Лысый первым бросился в атаку, а Изабелла стояла столбом в сторонке. Один безоружный против трёх гопников с заточками – ситуация сложная, если не сказать критическая. Однако на моей стороне был эффект неожиданности, ибо у них было написано на лицах, что они видели во мне лёгкую добычу.

И это стало их главной ошибкой…

Я отступил и сорвал с себя рубашку, а затем намотал её на руки, дабы получилось подобие удавки. Лысый приблизился и попытался ударить меня кинжалом в живот.

Я одним лёгким движением уклонился в сторону и закрутил рубашку вокруг его руки. А пока двое других гопников не успели подойти, воспользовался инерцией, оставшейся после уклонения, и зашвырнул лысого в стену, благо в нём веса было около пятидесяти кило.

Он угодил грудиной прямо на торчащий кусок рухнувшей крыши. Лысого, так сказать, насадили на кол. Жаль, что не жопой, но и так сойдёт. Более он угрозы не представлял.

Его дружки сперва немного опешили, но потом пришли в себя и бросились в атаку с двух сторону.

Отбиться от двух вооружённых мужиков можно было только в кино, а в реальности шансы на победу стремились к нулю. Поэтому мне было жизненно необходимо отвлечь одного.

Так я и сделал, метнув в одноглазого расправленную рубашку. В пылу боя у него сработал инстинкт самосохранения, и он закрылся руками от нависшей угрозы. Этого времени мне должно было хватить, чтобы разделаться с гнусавым…

А тот времени не терял и вознамерился ткнуть меня в шею.