Дэн. Отец-основатель

Удар получается смазанным, но ему хватает. Шипя сквозь зубы, он отскакивает назад.

Пользуясь моментом, вонзаю в грудь типа, всё ещё борющегося с удушьем, нож.

Вытащить его из раны уже не успеваю, так как приходится метнуться в сторону кабанчиком.

Вовремя! Наконечник копья оставляет царапину на плече.

Раненый мной тип сражаться уже точно не сможет. Судя по кровавым пузырям, которые он пускает ртом, я пробил ему легкое.

Мой противник с копьем тоже это понимает. Если раньше у них еще были шансы, то с моим появлением они испарились.

Он молча шагает вперед, одновременно с этим делая выпад.

Раскрутить цепь и ударить в ответ я не успеваю, поэтому уповать остается только на ментал.

Однако накинуть удавку не успеваю. Краем глаза отмечаю, что в меня что-то летит, и на автомате приседаю, чтобы это «что-то», оказавшееся короткой дубинкой, не прилетело мне в голову.

Ошибка. Какая глупая ошибка!

Копьё летит мне прямо в грудь. Я отпрыгиваю назад, прямо из положения сидя, но не успеваю.

Допрыгался, блин! В себя поверил. В свое бессмертие.

Я уже вижу торжествующую улыбку следопыта, как ситуация опять резко меняется.

Один из связанных гоблов, про которых все забыли в пылу схватки, вдруг бросается на копейщика и вцепляется ему зубами в ногу.

Тот от неожиданности дергается, и удар проходит мимо.

Разозлившись, он бьет пяткой копья гобла по голове, но тот, вместо того, чтобы разжать зубы, лишь сильнее их смыкает.

Удары начинают сыпаться всё быстрее.

Пользуясь тем, что он отвлекся на моего зеленого помощника, бросаю в него грузик.

Бам.

Удар прилетает четко в голову.

Подскакиваю и добиваю его в два удара.

— Спасибо за помощь, приятель, — обращаюсь к гоблу, который продолжает сжимать свои зубы на ноге уже мертвого следопыта. — Можешь его отпускать, он мертв.

Смотрю на поле боя, но там уже справились без меня.

Тип с обгорелым лицом лежит в пяти шагах от того места, где они пытались держать оборону.

Рядом с главным отряда, на земле, лежат два мертвых гобла. Над ним стоит Гаралун, сжимая в руках тесак, с которого все ещё капает кровь.

— Ты как? — спрашиваю его?

Он молча кивает и без сил падает на пятую точку.

— Эй, приятель, отпусти ты уже его, — повторяю гоблу, который так и не разжал зубы.

Ноль реакции.