Заклиная Печати. Тлеющие миры

Того наглого паренька, что предлагал меня убить и вытрясти все тату.

— Покойники не любят, когда их тревожат. — как же нелепо, что в этот момент мне вспомнились слова Ари Кристенсена. — Оставь девушку в покое. На что она тебе? Она больше не сможет тебе ответить, даже если ты сломаешь ей шею. А такими темпами уж точно.

Блондин самодовольно обернулся.

— Да просто нравится мне наблюдать за мертвецами. — пожал плечам он.

Я указал на него него глевией и издевателски произнёс:

— Теперь только Кармен сможет тебя освободить.

— А тебя от меня освободит только смерть. Меня зовут Белаван. Запомни имя того, кто тебя наконец прикончит. — в жажде наживы и славы оскалился Тлеющий.

— Ну так давай! — подбодрил его я. Меня переполняла своя лава. Я горел от желания показать парню, что ждёт тех, кто фанатеет от некромантских штучек.

Белаван в миг ринулся на меня. Прыгнул в окружении десятков плетей, чьи концы встопорщились на меня острыми пиками. Я стоял смирно, не шевелясь, только и ждал его приближения.

Губы сами нашептали печать и иновязь глефы в моих руках одобрительно засветилась. Мы встретились лицом к лицу. Плети проткнулт моё тело насквозь, но я твёрдо стоял на ногам, хоть и выл изнутри от пожара, от боли, что захватила моё тело. Зато я проткнул парня насквозь остриём глефы, мгновенно вытащив её из-за спины.

— Не стоило лезть к моей подруге, ублюдок. — сказал я Белавану на прощание, прежде чем он истаял белесыми линиями в воздухе.

— Что это такое? — с удивлением спросил Белаван, подняв исчезающую белым сиянием руку.

К узорам иновязи на небесной стали глефы добивалось невинное лицо Тлеющего, вырисованное на металле красивым ажурным орнаментом.

Я кое-как уговорил себя убрать глефу в свой тайник и поднял Мериме на руки, пошёл прочь, пока не поздно ещё было убраться отсюда подальше!

— Освободи нашего брата, урод! Иначе я тебя поджарю до хрюстащей корочки и сожру с потрохами! — с испепеляющим гневом обернулся ко мне неподалёку стоящий подземный заклинатель.

— Не могу. Теперь только эта девушка сможет его освободить. Это ведь её оружие, а значит её экстрамерность. Та, кого он хотел забрать, забрала его самого. Нечего было издеваться над останками! — мои глаза превратились в две опасные щёлки.

— Она мертвая уже не сможет его освободить. — возразил мне Тлеющий. Смуглый парень лет шестнадцати, с пирсонгом над левой бровью.

— Я так тем более. Не повезло. — лишь пожал плечами я.

— Это же ты его туда заточил.