Заклиная Печати. Тлеющие миры

Свет появился в центре ладоней. Я держал их над пустой глазницей. Меня чуть снова не вывернуло. Зрелище не из приятных, учитывая, как мы похожи. Я видел перед собой себя же и чувствовал, как будто это у меня глаза нет, отчего мне становилось ещё хуже. Но взял себя в руки.

— Не пробудут. — знающе протянул Аннен.

Я поднял голову и увидел, как земля поглощает тела Тлеющих.

— Ясно. Значит решили свалить домой. — сказал я.

— Земля всегда возвращает своё. — сказал Аннен и у него треснула губа. Но он даже не заметил этой струйки крови.

— А ты? Ты целиком и полностью мой.

— А ты мне мешаешь. — огрызнулся я, миллиметр за миллиметров отращивая нервы, ткани. Тут свои бы нервы поберечь! Хотя рядом с Анненом это задача не из простых.

— А ты идёшь за мечом. — подсказал Аннен. Как он узнал, что я посеял своё небесное оружие, я даже спрашивать не стал. Этот плут многое знает. Всезнающая шана Витари с ним даже близко не стоит.

— Закончу и пойду.

— Жизнь закончит. И твоя может закончиться, если сейчас же не уберёшься отсюда.

В этот раз его огонь тебя поглотит.

— В тот раз мне ничего не было. Только взбодрился.

— Прошлое в прошлом. Я смотрю в будущее. И твоего там нет, если не уберёшься.

— Ты можешь видеть будущее? — с сомнением хохотнул я.

— Будущее — это прошлое. Из-за тебя. Поэтому читая тебя, я знаю будущее. Можно сказать, ты и есть будущее.

Я нахмурился.

— Подобного бреда я в жизни не слышал, но спасибо. Ты говоришь от меня многое зависит, но сам выбрал тело моего друга, чтобы позлить меня.

— сказал я, оставшись со Страждующим наедине. Тлеющие исчезли. Зато к нам рьяно приближалась полиция.

— Зак сам согласился. Я взял его тело, но душа свободна. Он скоро переродится. — пояснил Аннен. Его голос как всегда был строг. Чтобы он не говорил, всегда кажется таким важным. Даже устройся он клоуном, смеяться с него никому не захочется. Только плакать.

Я в шоке обернулся на него, не убирая исцеляющих ладоней от лица Руслана.

— Почему тогда я должен после смерти отправится в лимб? — ахнул я.

Я был в ступоре, порази меня гром и молния!

— Потому что ты одна большая проблема, Джейк. А я решаю проблемы. — с каждым словом его лицо всё больше мрачнело. Лицо моего друга больше ему не принадлежало и это сердило меня даже больше, чем обман.

Страждующий и словом не упомянул о свободе души. Сказал лишь, чтобы я принадлежал ему всецело. Ну что за наглость! Обман на обмане!

— Пора уходить.

Я и сам это прекрасно понимал. Слишком много лишних глаз.