Река Снов. Кольцо зеркал.

Ткань целая, застежки нормальные, в кармане спереди россыпь мелких гвоздей. Носить удобно, так что ужеможно торговаться. Но за нее просили только рубль. Я выудил монету из кошелька и отдал продавцу. Гвоздики из карманавернул - зачем мне они?

Все, дела на рынке кончены. Надо идти в трактир «Мироныч». А вот после него можно и к культуре прикоснуться. Что-то сегодня этому решению все препятствует. То к Сеиду завернул, то на рынок. Вот оно бескультурье-то: в Твери то в библиотеку зайдешь, то в синематограф, то сам культуру несешь студентам.

Но все этооказывается наносным. Как уехал из стольного города, так в культурный очаг не загонишь. Так, саморазоблачившись, я зашел в «Мироныч».

Э, а Сеид уже тут, и при двух пивных бутылках. Квас ему не пошел. Но в этом есть свое преимущество: сегодня здесь подает не девица, а тот мужик, что всехк выпивке склоняет. Вот пусть и в Сеида вливает, а я уклоняюсь. Что-то мне совсем ничего пить не хочется. Вообще я стремительно прогрессирую в смысле идеальности - не пью, не курю, жене не изменяю, за дело Света лазаю по таким местам, что аж самому страшно.

Так, глядишь, я, как Герман Красивый из баллады, буду не касаться земли, идя по ней.

Правда, надо не повторить ошибку Германа, слишком возгордившись от своей не…ну, в общем, несравнимости. Но против Германа работала кровь нордлинга в нем. Нордлинг должен все время доказывать то, что он круче вареных яиц. Если не в бою, то в поединке, если не в поединке, то на тинге (или как там называется у них народное собрание), если не на тинге, то в кабацкой драке.

Тут я вспомнил трактир «Полумесяц», в котором все это началось, и обложил тогдашних нордлингов - драчунов многоярусными ругательствами.

Да, там и другие охранники дрались, но процентов на девяносто можно быть уверенным, что началось именно с желающего показать свою несравнимость нордлинга. С ними по вспыльчивости только орки могут сравниться.

Что-то упорно не получается у меня пойти в очаг культуры. И это неспроста.

А что тогда делать: гнуть прежнюю линию или плюнуть, раз не идет хоть ты тресни? Пойду и согну.

С не первой попытки я все же дошел до Народного дома и таки записался в библиотеку. Как неместного, меня записали только в читальный зал, а на абонемент - нет. Печально, но это общее правило. Я надеялся, что хоть на краю света от него откажутся.

Посидел я часа два с половиной и прочел две книжки небольшого формата об истории здешних мест и здешних легендах.