Анима-3

Вечером я добрел до большого белого шатра, расшитого золотом. Несмотря на плотно обустроенный лагерь, здесь свободного места было полно. Мы у костров иногда плечом к плечу сидим, потому что больше негде.

А здесь можно было стометровку бегать.

– Запретная территория, – окликнули меня, когда я попытался приблизиться.

Говорить было не обязательно. Я уже наткнулся на какой-то невидимый барьер и спружинил обратно, чуть не упав.

– Пошел прочь, кому сказано, – тот же голос.

Я осмелился поднять голову. Двое Судей стояли на входе в шатер в полной боевой выкладке.

– Погоди, брат, – раздался знакомый голос. – Уверен, он пришел к нам с чистыми помыслами.

– Не пущу, – коротко бросил тот Судья.

– Я поговорю с ним.

Искар, а это был он, приблизился и беспрепятственно прошел сквозь барьер. В артефактной броне, но без шлема. Я только сейчас сообразил, как ему туго приходится, ведь до инициации он не может поднимать уровни.

А значит, способен использовать лишь один артефакт одновременно, либо Серебряные Латы – отличительная черта всех Судей. Либо копье или меч, в зависимости от стиля боя.

– Эзо. Рад тебя видеть, – улыбнулся Искар. – Слышал, ты доблестно сражался с тьмой сегодня.

– Одного голема завалил всего, – потупился я. – И то, под такими аурами с ним даже ребенок бы справился.

– Ауры света не добавляют храбрости. Она идет от сердца.

– Ну да, – хмыкнул я.

Я протянул ему мешочек. Искар развязал тесемки и с интересом заглянул внутрь. Затем уставился на меня непонимающим взглядом.

– Можжевельник, листья брусники, душница и еще всякого по мелочи. Шалфея только нет. Это благовония, что используют служители во время… Ну, как у вас там это называется, когда один ходит и кадилом машет, а остальные нюхают…

– Я понял тебя, – рассмеялся Искар. Чисто, искренне.

– В общем, свежие. Солнцем высушены, дождем политы.

– Спасибо.

– Тебе спасибо, – кивнул я и развернулся.

– Погоди. Ты идешь медитировать? Ритуал свой, – я кивнул. – Можно с тобой? На всякий случай.

Я постарался скрыть довольную улыбку и просто кивнул. Далеко отходить от лагеря не стали. Лысый, когда увидел, что меня сопровождает Судья, не стал приближаться, но и далеко не отходил. И, разумеется, никто в этот день не пытался меня избить.