Анима-3

Вышел из комнаты и двинул по коридору в сторону ближайшей лестницы. Но затем остановился.

Из-за дверей слева раздавались странные звуки. Крики, ругань и стоны перемежались с ударами.

– Они тут совсем попутали, – пьяный мужской голос.

– У вас будут проблемы, – женский. – Либо плати, либо…

Удар, вскрик, мужской хохот.

– Да это вы нам должны платить, что вас такие мужики трахают. Совсем в этой дыре оборзели, такие цены драть.

– Бесплатно отсосешь, потом будешь подругам хвастаться, что в самой Москве работала.

Дружный пьяный хохот сменялся звуками ударов и женскими вскриками.

Я просто слегка надавил на дверь, и она открылась. Правда, замок почему-то вырвало вместе с косяком. Но никто внутри этого даже не заметил. Это оказался просторный номер на несколько комнат. В углу крутилась виниловая пластинка, играя ненавязчивую мелодию, свет приглушен.

В большой комнате было пять человек. Один, тощий, сидел в кресле в углу в обнимку с бутылкой рома. Он глупо улыбался и водил мутным взглядом из стороны в сторону.

Второй, с длинными волосами, сплетенными в косу, в это время прижимал скулящую девушку к дивану и вязал ей руки простыней.

Третий был настоящим боровом. Он стоял в одних трусах и лакал ром прямо из горла, запрокинув голову. На полу перед ним скукожилась еще одна полуголая девушка в разорванном платье и с потекшей тушью.

– Это же каким надо быть уродом, – произнес я, – что тебе даже шлюхи не хотят давать.

– Э, – хряк развернулся в мою сторону. – Ты кто такой борзый? Э, шлюха, этот что ли твой сутенер?

– Слышь, – произнес длинноволосый, который продолжал прижимать стонущую девчонку к дивану.

– Это ж из наших вроде. С вольников вроде.

– Э-э? Че надо тогда? – успокоился боров. – Хочешь трахаться, иди поищи себе на улице, они тут на каждом углу валяются, – он хохотнул. – Или подожди, пока мы тут закончим.

– Слышь… А это не Кровавый? Смотри, у него ошейник.

– И чо? – оглядел меня боров пьяным взглядом. – А ну дай…

Он протянул левую руку, пытаясь ухватить меня пальцами за ошейник. Взмах кинжала, и его пальцы разлетаются по всему гостиничному номеру.

На одну крайне долгую секунду в комнате повисла тишина, и даже пластинка, казалось, перестала крутиться. Бутылка виски, выпавшая из руки толстяка, падает вниз, будто в замедленной съемке.

А я просто размышляю, как можно так заплыть жиром, будучи призывателем. А они все трое ими были, я это чувствую по откликам Анимы.

Бутылка долетает до пола и со звоном разлетается на сотни мелких осколков.

Понеслась.