Граф Рысев - 2

Мои музы дружно выли от экстаза, а у одной, кажется, появился барабан, в который она исступлённо колотила, вызывая простреливающую боль в висках. Женщинам на рисунках было на вид от двадцати до тридцати лет. И у каждой на пальчике красовалось обручальное кольцо. Рядышком с родовыми перстнями. Это, учитывая тот факт, что мне восемнадцать!

— Так, Женёк, будет очень хорошо для всех, если ты сожжешь к чертовой бабушке эти трофеи, кретина кусок! Какого хрена ты, идиот, вообще эту коллекцию собирал? — бормотал я, вытряхая содержимое сундучка на пол.

— Ну, повезло тебе, с замужней красоткой переспал, зачем ты компромат против себя держишь? Неужели в твою тупую башку не закралась мыслишка, что тебя за такие шалости на голову меньше ростом сделают. Это тебе не горничных полуголых рисовать.

В спальне точно был камин. В нём весело горел огонь, всё-таки даже в конце марта ещё довольно холодно, чтобы игнорировать отопление. Схватив в охапку найденные вещи, я бегом пробежал в комнату и швырнул их в камин, добавив жару, призвав дар огня.

— Я одного не понимаю, как, вот как Свинцов с Ондатровым умудрились мне обеспечить сотрясение? Что у меня было сотрясать? — я пошевелил кочергой угли. — Так. Ничего не было. Я ничего не помню, и слава рыси-покровительнице. А раз не помню, значит, ничего и не было. Хотя, почти все они очень даже...

Велев самому себе заткнуться, я проверил, чтобы в камине не осталось ни кусочка компромата, взял сундучок и свалил в него артефакты. Вот так-то лучше. Взяв сундучок под мышку, вышел из спальни и столкнулся с Тихоном.

Старый денщик бросил взгляд на сундук, потом на меня, и я сразу понял — он знает.

— Почему меня никто не остановил? — процедил я, останавливаясь посреди комнаты.

— Да как же вас, ваше сиятельство остановишь? Ежели зуд в штанах каждый раз приключался? — вздохнул Тихон. — А самое главное, вы же остывали, сразу же, как только получали желаемое. Сколько скандалов эти стены видели. Сколько проклятий на вашу бедовую голову падало... Мимо дуэлей, рысь миловала, пронесло, вот что самое удивительное и чудесное.

— Да уж, действительно, чудеса, — процедил я. — Кузьма город знает?

— Как свои пять пальцев, — кивнул Тихон.

— Значит, он меня и повозит. У меня сейчас нет времени форт изучать. Не сегодня, это точно, — я перехватил сундучок поудобнее и вышел из комнаты, оставляя Тихона с Фырой, которая всё ещё продолжала изображать смертельную обиду.

Первой остановкой было военное училище. Вход на территорию перегораживал пост охраны.