Запретный предел

Сержант побагровел и отдал приказ арестовать наглеца. Дилль, понимая, что сейчас Адельядо не может обращаться к магии, выхватил посох из нарукавного мешка, мгновенно призвал огонь, распределил его по всей длине посоха и ткнул сержанта кончиком оружия в грудь.

Гвардеец замер, когда пылающий конец магического оружия упёрся в его нагрудник. Патрульные схватились за мечи и алебарды и бросились в атаку. Диллю ничего не оставалось, как вступить в бой. Крутанув посох, он двумя ударами превратил две алебарды в ручки для мётел, а отбив меч, превратил его в искорёженную железяку.

Потом он едва не уложил наиболее настырного солдата, слишком близко подобравшегося к гроссмейстеру с мечом. Ярость заклокотала в Дилле, и он с великим трудом удержался, чтобы не вытянуть руку дальше и не проколоть солдата насквозь. Гвардеец отступил, разглядывая оплавленную дырку на кирасе, сержант заорал "К оружию! Нападение!", и к месту происшествия начали сбегаться другие патрули и дворяне.

Глава 5

К счастью, на крики выбежал лейтенант Настон, который отлично знал гроссмейстера.

И сейчас, увидев рассвирепевшую физиономию первого мага, командир гвардейцев отвесил здоровущую оплеуху сержанту.

– Чарр, ты проклятый болван! Неужели ты не узнал его премудрость? Немедленно извинись! А вы все чего уставились? Марш по своим постам!

Последнее относилось к прибежавшим на помощь патрульным. Сержант Чарр, побагровев от возмущения, сквозь зубы процедил что-то похожее на извинение, на что Адельядо даже не отреагировал и с гордо поднятой головой прошёл по ступеням.

Дилль поспешил вслед за ним, гася ярость мантрой спокойствия.

– Лейтенант, – не глядя, спросил Адельядо, – где сейчас Её Величество?

– В Тронном зале, ваша премудрость. Вас проводить?

– Я знаю туда дорогу. А вот это передайте патрульным, как благодарность за верную службу королю, – гроссмейстер достал из внутреннего кармана мантии небольшой кошель и отдал его лейтенанту. – И попросите сержанта Чарра и его подчинённых принять от меня извинения за действия моего адепта.

Если на обратном пути встречу ваших солдат, я сделаю это лично.

Ошарашенный Настон так и остался стоять с раскрытым ртом и кошелём в руке – виданое ли дело, чтобы заносчивый и нетерпимый первый маг королевства извинялся перед простыми солдатами? Когда ступор прошёл, лейтенант вышел во двор и передал кошель вместе с извинениями гвардейцам. Те удивились ещё больше командира, но деньги взяли.