Запретный предел

– Это всё равно, что кристаллом Руадо огонь высекать, – вздохнул мастер Криан, но сделал так, как велел гроссмейстер.

– Покажи, что вы тут насобирали, – Адельядо взял у Дилля список, внимательно просмотрел его и скривился. – В Академии можно найти гораздо больше. Придётся вам попотеть, вышибая амулеты Гвинарда.

– Вышибем, – бодро сказал Дилль.

– А ты там не лезь вперёд, – Адельядо грозно поглядел на него. – И без команды ничего не предпринимай. Академия – это не занятие в поле и даже не битва с тилисцами.

Там полно ловушек, и по незнанию ты можешь запросто активировать что-нибудь такое, что посчитает твою магию враждебной. Опомниться не успеешь, как превратишься в пепел. Или в кусок дерьма. Я не шучу, так было с незапамятных времён. Сейчас дело обстоит ещё хуже: лич, вполне возможно, либо перекодировал ловушки, либо добавил в них дополнительные условия. К примеру, появление живого организма. Он пройдёт, и ловушка не сработает. А нас накроет. Так что, излишняя инициатива наказуема смертью.

Посчитав, что сказанное дошло до адепта, гроссмейстер подошёл к Россу и Шоджо и лично обследовал каждый отобранный артефакт. Спустя час Адельядо закончил ревизию и сказал:

– Вот семь кучек. Утром возьмёте каждый свою. А теперь – всем спать. Подъём на рассвете.

Дилль ушёл вместе со всеми, долго ворочался в кровати и, едва уснул, как прозвучал мелодичный гонг. Чувствуя себя совершенно не выспавшимся, он поплёлся в столовый зал, где без аппетита принялся ковыряться в тарелке с овсяной кашей.

Адельядо, заметив состояние Дилля, посоветовал принять ледяной душ.

– Спасибо, – буркнул Дилль, – я и без этого проснусь.

– А то могу помочь, – хмыкнул гроссмейстер.

Вспомнив, сколько раз Адельядо призывал на его голову порцию ледяной воды, Дилль поспешил расправиться с кашей и умчался из столового зала. Он дошёл до комнаты, где вместе с мастерами лежал Тео. Сунув голову внутрь, он убедился, что сердитых врачевателей в комнате нет, и вошёл.

Оба мастера спали, а Тео, с которого уже сняли бинты, крутил в руках небольшое зеркало и мрачно вздыхал.

– Да-а, от твоего вида даже тараканы разбегутся, – сказал Дилль. – Ты будто пил не меньше недели. Причём, делал это в зарослях малины.

Тео подпрыгнул от неожиданности и спрятал зеркальце.

– Привет! Врачеватели говорят, что постепенно всё придёт в норму.

Кожа на лице вампира была потрескавшейся и шелушилась.