Глэд. Полдень над Майдманом (2)

Только найдите его! Мы обшарили степь, наши лучшие ищейки мечутся по королевствам. День проходит за днем, получившие кровавый урок люди восстанавливают силы. А мы до сих пор не знаем - где он! Найдите его! - Шипящая фигура стремительными шагами рассекла толпу и скрылась в коридоре.

Через пару минут опомнившийся секретарь встал и громко произнес, внимательно вглядываясь в Гаттарама.

- Большой Совет Огненного народа желает выслушать доклад магистра Верхних Ярусов завтра утром. Детальный доклад. Совет желает знать правду о событиях минувшего, а так же о роли, которую сыграл магистр в происшедшем.

Седой гном в ответ устало склонил голову.

* * *

В четвертый месяц первого года Новой эры небольшой караван пересек границу между Драконьим королевством и королевством Зур. Через пару дней одинокий всадник с выжженными глазницами направил своего коня южнее, стремясь быстрее достигнуть стен Нарвела. Человек обогнул по широкой дуге столицу Зур - город Большой Лист, и быстро приближался к южным границам государства.

Среди холодных болот Драконьего королевства жилистый наемник Фрайм Спайт нашел свидетелей, видевших необычного всадника. Загоняя лошадей, Фрайм помчался по остывшему следу, стремительно сокращая расстояние до жертвы. Большая охота началась...

Глава 1. Бег

Март первого года Новой эры

Предсказание о четвертом Хранителе, записанное на свитках, хранится почти в каждой королевской библиотеке. Но, в отличие от других документов, посвященных Усыпальнице, эти старые письмена относят к области легенд.

Кто в здравом уме способен поверить, что новая четвертая мумия в горной пещере способна защитить своего господина от нападения любой армии?

И тем более, кто готов принять и смириться с обещанием возродить Владыку, поверженного больше двух тысяч лет тому назад?

Из метафизического трактата «О судьбах королевств», посвященного Усыпальнице и Хранителям.

Сколько она себя помнила - каждое мгновение была настороже. Каждое обманчиво легкое движение тренированного тела таило в себе смерть, каждый мимолетный взгляд вбирал все оттенки окружающего мира.

Энна-эной жила и сражалась одновременно: с неверными лесными тенями, маскирующими хищников; с лживыми речами, за шелухой слов скрывающими ядовитую сердцевину; с вереницей долгоживущих родственников, мечтающих избавиться от излишне самостоятельной темной эльфийки, постигшей мрачные глубины древних заклятий.

Старания двоюродных тетушек не пропали даром.