Страж могил

- И часто сюда приходят дядьки? - поинтересовался Гиз.

- Часто, - сказала девочка.

- Иногда, - ответил ее брат.

- Этот дядька... Он был страшный? Он вас напугал?

- Нет... - Девочка задумалась. - Когда он спал, я хотела подергать его за бороду.

- Понятно, - пробормотал Гиз, посмотрев на бесчувственного Эрла. - Обычный бродяга, у которого нет денег, чтобы заплатить за ночлег... Вот что, ребята, - повернулся он к детям, - нечего вам здесь делать, бегите-ка домой. Маме вашей я ничего не скажу, а вы пообещайте мне, что больше сюда не прийдете.

- Обещаем, - неуверенно сказала девочка.

- Обещаем, - бойко ответил ее старший брат. А младший, размазав слезы по щекам, молча кивнул.

- Вот и хорошо, - сказал Гиз, не сомневаясь в том, что подобные обещания дети давали уже не раз. - Не то что бы я вам не верю, но все же, давайте-ка я вас провожу. На всякий случай... - Он подошел к Эрлу, потряс его за плечо: - Эй, друг! Вставай! Слышишь меня? Все уже кончилось, мы, как всегда, победили! Теперь пора уходить!..

Эрл тихо застонал и открыл глаза.

13

Они впятером покинули заброшенный дом. Продравшись через крапиву и малинник, перебравшись через жерди старой изгороди, вышли на дорогу.

- Ну, до свидания, - сказал Гиз детям. - Сегодня вечером я к вам загляну. Ждите.

- Вы не скажете маме, что мы играли в доме? - в который уже раз спросил курносый паренек.

- Не скажу. Даю слово!

- А еще мама не велела с вами разговаривать, - поделилась девочка.

- Это еще почему? - спросил Гиз.

- Она сказала, что вы почти как мертвяк.

Гиз хмыкнул, усмехнулся криво, почесал в затылке. Пробормотал:

- А у вас умная мама... Все верно сказала...

14

Селяне были здорово напуганы.

Обычный путник, проходя через деревню, наверное, ничего особенного не заметил бы. Крестьяне, как всегда, занимались своими делами. А дел у них хватало: середина лета - пора сенокоса. С самого раннего утра, пока солнце еще не поднялось высоко, не высушило росу, пока не очнулись мухи и оводы, пока воздух свеж, они с косами на плечах, с рогатинами и граблями шли на луга - словно бойцы, собирающиеся на бой.

Косьбу заканчивали к полудню, возвращались домой, обедали. Потом снова уходили работать - надо было шевелить подсыхающую траву, уже готовое сено сгребать в копны, везти на сеновал. То, что не поместится под кровлей - валить в скирды...

Крестьяне торопились - их подгонял страх. Гиз чувствовал это.

К вечеру деревня словно вымирала. Плотно затворялись ставни, с недавнего времени обитые жестью.