Кодекс Крови. Книга III

Стирается из памяти боль, разрывающая тело в качестве оплаты за очищение, на время умолкает чувство долга, успокоенное ритуалом, но под сердцем навсегда остаётся чувство вины. Не успел, не предугадал, не уберёг.

В этот раз я видел происходящее со стороны. Каждого погибшего возле его семьи, прощания, слёзы, объятия. Уходя, каждый из них смотрел мне в глаза, прося уберечь их семьи, не бросить на произвол, защитить. Вот только смотрели они не на меня, стоящего на коленях и корчащегося от боли, а на меня иллюзорного, которого там не было в тот момент и не могло быть.

Последняя душа покинула костёр вместе с дымом, а я вновь пришёл в себя у арки с ощущением опустошения и моральной усталости.

Слишком много за один раз. Слишком. Хотелось усесться прямо на каменный пол и отдохнуть, а лучше забыться сном, чтобы перелистнуть этот тяжёлый день, полный воспоминаний из прошлой жизни, как прочитанную страницу книги. Вот только отступать было некуда. Никто не даст гарантии, что потом будет легче. Так не проще ли вкусить всю чашу боли от воспоминаний сполна за один раз, а не растягивать сие сомнительное «удовольствие»?

Я отлепился от стены и, пошатываясь, сделал очередной шаг в арку.

Она полыхнула кроваво-красным светом, ослепляя на входе, пол ушёл из-под ног, и я провалился в неизвестность.

Глава 4

Я рухнул на каменный пол с высоты не менее трёх метров, хорошо, хоть успел сгруппироваться и перекатом уйти в сторону. Но всё равно дух вышибло основательно. Чуть отдышавшись, осмотрелся. Вот теперь верилось, что это настоящий алтарный зал.

К нему вело множество арок на разных уровнях. Каждая арка имела узор из разных комбинаций рун. Моя же до сих пор светилась красным светом на четвёртом от пола ярусе.

Хоть и мне далеко не сотня лет, но это место силы явно старше меня раз в пять, а то и больше. От него веяло древностью и мощью. От концентрации силы звенело в ушах, дышать выходило через раз и то неглубоко. Голова кружилась, а перед глазами плясали красные пятна.

Странно, обычно они белые от недостатка воздуха, а тут.

.. И только сейчас я заметил, что пятна были настоящими, не эфемерными. Посреди зала произрастала копия однажды виденного мной божества Винограда. Куст высотой под четыре, а то и пять метров напоминал по форме горящее пламя с лозами-языками. Угольно-чёрные древесные стебли поднимались вверх, образуя купол. Тонкие гибкие лозы с малахитово-зелёными мясистыми листьями оплетали всё вокруг.

А посреди этого буйства зелени притаилось сердце княжеского рода.