Кодекс Крови. Книга III

Похититель резко дёрнул девушку за волосы, задирая её подбородок вверх и надеясь заставить распахнуть глаза. Последнее не получилось, и Носорогов принялся лобызать губы своей жертвы. Не найдя отклика, он продолжил нашёптывать собственные фантазии:

— Мы какое-то время будем прятаться, предаваясь любви и создавая прочную базу для нашей дальнейшей жизни. Возможно, даже поженимся, ведь я, как честный мужчина, не позволю своему ребёнку родиться вне брака. И где-то, предполагаю, через полгода-год нас найдут люди вашего отца или жениха.

Считать нашу память менталами и ментаторами не выйдет, мы оба пострадавшие. За год у нас сложится крепкий брак, уж поверьте, я умею быть обходительным и убедительным, когда мне нужно! Кроме того, ваш отец — весьма благородный человек, а если учесть, что я спас сначала Вяча, а затем вас от рук похитителей...

Ничего не скажешь, просчитано всё хорошо, но ждать полгода или даже год? Такая расчётливость не похожа на этого спонтанного и прущего напролом борова.

Выходит, кто-то это всё спланировал, вот только кто?

— Никита Владимирович, вам же деньги нужны срочно, — Светлана старалась придать своему голосу максимально соблазнительную тональность, — зачем ждать так долго? Если вы вернёте меня домой сейчас в целости и сохранности, то я клянусь тотемом, вы получите всю сумму вашего долга сегодня же, и вас никто пальцем не тронет.

Ей показалось, что Носорогов даже на секунду задумался. Последовал тяжёлый вздох.

— Эх, разлюбезная моя Светлана Борисовна, сие предложение несколько запоздало, ибо стоящие за мной люди не дадут мне сорваться с крючка.

В озвученной мною истории всё не так уж и плохо, не находите? Мы хоть и черепашьим шагом, но направимся к счастливому совместному будущему.

Кажется, в этот момент в его голосе прозвучали настоящий страх за собственную жизнь и всё понимание ситуации. Носорогов прекрасно осознавал себя жертвенным кабанчиком. Его шансы выжить были минимальны, и он цеплялся за любую, даже самую эфемерную возможность.

— Но, чтобы я выжил, вам, моя дорогая, придётся открыть свои прекрасные глазки, иначе я вас трахну без всяких прелюдий и любезностей! — неожиданно рявкнул похититель, отчего Светлана дёрнулась, как от пощёчины. Похоже, любезности закончились.

***

Пришлось расписать ставший прозрачным пол в каюте собственной кровью. Когда для активации оставалось нанести последнюю руну, я позвал на помощь Комаро.