Морозов. Начало.

Огни стремительно вспыхнули, обращаясь самым настоящим костром, я же, собравшись с силами, удвоил свои старания — теперь уже я теснил окруженного пламенем Штефана под управлением шпаги. Серое свечение надёжно защищало его от не самого сильного пламени, иначе мои чары смели бы одним чихом. Вот только дух-артефакт, проклятая душа или что ещё там за мерзость в этом оружии не учло одной банальности — окруженный сплошными потоками пламени человек с магической защитой что сделает?

Правильно, задохнётся из-за отсутствия банального кислорода.

Это артефакту воздух не уперся, а вот людям и даже магам низких рангов без него быстро быстро становилось грустно... Мне пришлось потратить минуты три, что бы фон Келлет рухнул на землю, забившись конвульсиях — отсутствие возможности дышать победило артефакт, который один в умелых руках стоил бы целой дивизии в плане боевой мощи... Страшно представить, что могло бы со мной произойти, если бы на свободу вырвался не жалкий процент или два полной силы этой херовины, а хотя бы десять!

Я немедленно двинулся добивать лежащего парня и что-то решать со шпагой.

Осторожность — одна из главных добродетелей везде, но на войне она вообще на первом месте. Не хочется оставлять за спиной тело, которое... Да хрен его знает, восстанет ещё!

Палаш тускло сверкнул в моей вскинутой руке, отражая луч солнца, и начал опускаться на шею бледного, истощенного фон Коллета — ни угрызений совести, ни жалости к этому недоноску я не испытывал. Потому что заигрывая с силами, с которыми лично тебе точно не стоит связываться, придурок подверг опасности не только себя, но всех окружающих.

И вообще — как эту вещь могли отдать ему? Да такой шпагой не стыдно и Магистру владеть, и даже Архимагистру...

Окончательно закончившиеся силы, которые я получил сокращая срок жизни своего тела, лишили меня последней подпитки магией, благодаря которой я вообще ещё на ногах стоял. Палаш в ослабшей руке ударил мимо шеи, и кто-то за моей спиной заорал во всю глотку, спеша и не давая мне шанса:

— Михаил Морозов, победитель в этой дуэли, проявил сострадание и не стал убивать Штефана фон Келлета, тем самым объявив дуэль законченной.

А я начал заваливаться на землю, кипя внутри себя от ярости. Ишь ты, среди толпы недоумков нашелся кто-то хитровыдуманный и наблюдательный!

Чья-то тонкая, белокожая словно алебастр ручка с неожиданной силой ухватила меня под локоть, не давая рухнуть окончательно, а перед глазами пролетел кончик огненной-красной гривы смутно знакомых волос.