Морозов. Начало.

Не то, чтобы это была редкость, но владели таким только обученные этому ветераны войны времён Османской кампании. И я не знаю, есть ли аналоги шагов в этом мире, это одна из причин, почему я пока скрываю подобные умения.

Бочкарёв пришёл в себя. Ко мне подошли другие рекруты с желанием помочь.

— Отведите его в палатку целителей, пусть его осмотрят, на всякий случай. — сказал Арсений, указывая на угол сектора тренировок. — Да, сегодня у нас есть дежурная палатка.

— А разве здешние целители дежурят? — спросил я.

— Здешние — в редких случаях. — ответил Арсений . — Эти целители из прибывшего эскадрона. Точнее состояли в нём. Они сами попросились дежурить здесь посменно в их свободное время. Так, разговоры потом. Продолжаем! И это, Морозов, спарринг — не бой, постарайся больше не тушить сознание своим сослуживцам. Штольц и Петров, на изготовку!

— Есть, командир. — ответил я, после чего я с остальными помог Бочкарёву добраться до палатки.

— У нас с тобой большая разница в бою, да? — обратился Бочкарёв.

— Я не мог тебя даже зацепить. Наверное мне ещё многому учиться нужно.

— Да, есть такое.... Ты вполне сносно ведёшь бой, навязываешь свои условия — ответил я ему вполголоса пока мы шли. — Вынудил меня немного постараться. А учиться придется всегда. Как говорил один из моих учителей, неважно каких высот ты достигнешь, учиться таким вещам придётся всю жизнь.

— Сажайте его сюда. — сказал один из целителей.

— Я сам могу, я в порядке. — ответил Бочкарёв.

— Мы всё видели, — сказал целитель.

— Сейчас осмотрим, подлатаем и пойдёшь.

К концу занятия у меня был ещё один спарринг, уже под пристальным контролем Арсения, но не стоящий моего времени. После занятия я поспешил в буфет лазарета, где договаривался поговорить с Еленой.

Елена всё рвётся поговорить об этом с ротмистром, это было понятно сегодня утром. Она так и не поняла, что Араукар, потеряв своих проклятых, теряет цель, куда должен идти. Наверняка он так и не добрался до стены. Знает он или не знает куда идти, он рано или поздно найдёт путь сюда и не успокоится, потому что никогда не бросает свою добычу.

Мой покойный сослуживец находил в этой нерушимой связи добычи и хищника свою романтику и поэзию. Арукар встаёт на путь смерти, и лишь встреча в конце этого пути покажет, умрёт добыча или хищник.

В любом случае, у нас есть, как минимум, несколько дней до его прихода. И сейчас ротмистр Звягинцев станет искать себе в эскадрон боевых целителей, умеющих снимать такие проклятия.