Школа боевой магии. Том 1

Раздался гулкий металлический звук. Сама же дверь даже не шелохнулась.

Снова раздался окрик Григория Ефимовича:

– Владислав, остановись!

Я развернулся и кинулся с кулаками на него. Я кричал:

– Гады, сволочи, что вы сделали с Ариком!

А бородач просто уклонялся от моих атак.

Если честно, я, наверное, так ни разу и не попал в него. Я старался ударить, пнуть, достать Григория Ефимовича, но всякий раз его не оказывалось в том месте, куда я бил. Но справедливости ради, и он меня ни разу не ударил, даже не пытался.

Наконец, я выдохся и сел где стоял.

Григорий Ефимович подошёл ко мне и присел на корточки. Вид его был растерянный.

Он заглянул мне в лицо и спросил:

– Ты его знаешь?

А я, вместо того чтобы ответить, залепил ему в морду. Без размаха, но от души. За всё! Ибо нефиг!

Он попытался отклониться назад, даже упал на задницу, но я его всё же достал! Видимо, он не ожидал такого поворота.

Григорий Ефимович сел и поднял руки, то ли показывая, что не тронет меня, то ли отдавая кому-то позади меня распоряжение, чтоб не трогали… Не знаю, мне было не до того.

Ко мне пришёл Дёма, весь взъерошенный, шерсть дыбом. Он заранее начал тарахтеть и сходу полез мне на руки.

Я прижал его к себе и встал. Но то, что я залепил Григорию Ефимовичу, помогло – мне стало полегче. Я снова готов был драться. Или умереть…

Григорий Ефимович помедлил немного и тоже встал, и снова спросил, но уже строго, без всякого сочувствия в голосе:

– Ты знаешь этого парня?

Знал ли я Аристарха? Да, я знал его! Я знал его, как облупленного! Мы с ним выросли вместе!

Мы жили в одном доме, в детстве играли в одной песочнице.

Мы вместе пошли в школу. Нас записали в разные классы, но это не помешало нам чудить на переменах. Я и иллюзии по-настоящему только с ним научился делать: мы так развлекались в магазине – я создавал иллюзии продуктов, покупатели тянули к ним руки и брали воздух, а потом стояли и растеряно хлопали глазами. Именно Аристарх всегда точно знал, как нужно встать, чтобы не попасть в камеры наблюдения, и когда нужно свалить, чтобы охрана не взяла на карандаш.

Аристарх мой друг! Настоящий друг! Друг, который понимает меня с полуслова. И которого я понимаю с полуслова.

И вот он тут, в подвале. Я не знаю, что там, но явно ничего хорошего.

Я простил им то, что украли меня. Тем более, что сам виноват – не надо было обманывать маму. Но вот то, что они украли моего друга – это я им не прощу.

Я не стал рассказывать про Арика Григорию Ефимовичу.