#Бояръ-аниме. Угроза мирового масштаба-3

Каких-то тридцать лет назад открыли механизм перевода чистой маны в твердые физические объекты без посредничества или с минимальным, а спустя всего одиннадцать лет рождается девочка, магические способности которой вообще не поддаются осмыслению. Насколько вероятно, что спустя еще девятнадцать лет переживший физическую смерть парень обретет магию, да еще и такую, какой не было ни у кого до этого? Я вам скажу правильный ответ — ровно настолько же, насколько это невероятно, вот насколько. Как директор Академии я официально заявляю — о магии мы сейчас знаем столько, что абсолютно все, что мы не способны понять и осмыслить, в первую очередь следует объяснять именно магией, ее мутациями и развитием.

— Все именно так и обстоит. — Адам нахмурился. — Это, по сути, продолжение причины, по которой, как я уже говорил, мы разговариваем здесь, а не в другом, чуть менее приятном, месте. Что мы вообще разговариваем, а не занимаемся кое-чем другим, что в сути тоже разговор, но.

Я криво улыбнулся и ничего не ответил. Вмешиваться было рано — партия еще не закончилась.

— Значит, как я понимаю, никаких обвинений Марку выдвигать вы не собираетесь?

— Я? — притворно ужаснулся Адам. — Вы что, я и полномочий-то таких не имею, я же не прокурор! Моя задача — всего лишь восстановить картину произошедших событий как можно более полно, в идеале — посмотрев на нее с точки зрения всех ее участников.

— Ну и как, восстановили? — Виктор всё не унимался.

— Более или менее. Скажем так, я не получил от этого разговора то, чего ожидал, но получил то, чего не ожидал. И меня это устраивает.

Так, а вот это неожиданно.

То ли он опять пытается заставить меня нервничать, блефуя на пустом месте, что является очень дешевым трюком для человека его уровня манипуляций, либо он действительно сделал какие-то неожиданные выводы. Второе, конечно же, вероятнее.

— Скажите, Марк, как вы считаете — вы сможете научить других людей видеть так же, как видите вы?

Проклятье...

Вот значит о чем вел речь этот змей. Вот чего он не ожидал, но получил.

Конечно же, информация о моем «уникальном» зрении не могла не заинтересовать его, но я ожидал, что он, как привычные мне представители тайной полиции, попробует завербовать меня в свои ряды, чтобы получить таким образом возможности, которых не было раньше.