Волков. Дуэль

Даже с человеком ваших способностей может случиться беда… Особенно если этот человек перейдет дорогу по-настоящему влиятельным людям.

Завуалированные намеки и изящные фигуры речи давались Грозину на двойку с минусом – сказывались то ли пробелы в образовании, то ли буйный нрав, то ли самое обычное врожденное скудоумие. Зато выводы были яснее некуда: спалив “Каторгу” и обобрав покойного Прошку, мы с семейством Кудеяровых изрядно наступили на хвост кому-то из сильных мира сего. Похоже, какая-то часть криминальных денег в чемодане деда Федора должна была идти наверх, прямиком в карманы титулованных аристократов… Или скорее кого-то из их окружения – лично замазываться в подобных делах их сиятельствам все-таки не с руки.

Прямо как в моем родном мире.

– Совет я услышал. Выводы сделал. – Я коротко кивнул. – Благодарить, уж извините, не буду. Ваше благородие.

– Уверяю, у вас еще будет такая возможность. А вот извиниться… извиниться, боюсь, может оказаться уже поздно. Доброго дня, судари.

Грозин снова изобразил поклон и тут же развернулся и зашагал обратно к машине.

Дед Федор проводил его благородие барона таким взглядом, будто всерьез подумывал всадить ему заряд картечи между лопаток. И даже я сам… скажем так, задумался: уж не знаю, был ли Грозин тем самым бенефициаром Прошкиных капиталов, или только представлял интересы нечистого на руку аристократа рангом повыше, чутье подсказывало: мы непременно еще увидимся.

И следующая встреча запросто может оказаться весьма… насыщенной.

– Ладно, Володька, пойдем, – проворчал дед Федор, поправляя полу пиджака.

– Дела сами себя не сделают.

Глава 3

– Левинзон и сыновья, – прочитал я здоровенную вывеску.

Темно-коричневые буквы на белом фоне растянулись чуть ли не на весь фасад здания. И не только бросались в глаза, но и загодя поддавливали возможных посетителей авторитетным масштабом. А вот с информативностью у вывески оказалось так себе: о точном количестве сыновей, равно как и о профиле солидной конторы мне пока что приходилось только догадываться… Видимо, нужные люди все знали и так.

А ненужные сюда приходили нечасто.

– Милости прошу, сударь, – улыбнулся я, открывая дверь деду Федору с драгоценным чемоданом.

Вопреки ожиданиям, никто не бросился встречать нас у порога. Ни сам уважаемый Соломон Рувимович, ни даже кто-то из его отпрысков. Контора явно работала с самого утра, но почему-то выглядела так, будто все внутри вдруг удрали через какой-нибудь запасной выход… Может, так оно и было.