Граф Воронцов. Книга III

И истребляли их одинаково: серебро и огонь.

— Если кто-то заподозрит в тебе эту особенность, увы, это выйдет за рамки понимания, с учетом того, что в мире были прецеденты с нежитью. Конечно. Этого в истории нет, но об этом можно спросить у владельцев артефактов, кто спускался в катакомбы того же Египта или же, Финляндии.

Опять эта Финляндия.

— Поэтому, твоя сила будет требовать еды. Конечно, ты сможешь питаться и обычной, как и все, но жажда, которая будет просыпаться, можем свести тебя с ума. Поверь мне, стоит носить с собой запас, и твое кольцо как раз тебе в этом поможет.

— Мне что... жертву...

Получил подзатыльник с пояснениями:

— Дурак-дураком. Нет, конечно, я много копалась в твоих извилинах и прообразы себя видела, но, чтобы такую чушь слышать... ты в каком мире живешь, а? Есть искусственная, есть животные, на крайний случай, есть монстры на изнанки, кровь которых тоже питательная.

Это меня несказанно удивило.

Как и то, что долголетие нежити и особенность способности Ворона — дадут мне огромное преимущество перед врагом.

— А у тебя их много, — закончила она, не забывая сделать акцент на Вороне. — Хочешь ты этого или нет, но тебе придется докопаться до правды своего бога. И я надеюсь, что ты примешь правильный выбор, ибо твой ворон — зло. Как и твое окружение, и, кстати, о нем.

Я облокотился на спинку кровати, засовывая под спину подушку.

— Мое появление может быть неожиданным, но я не буду тебе мешать. К твоему сожалению, я не имею права вторгнуться в чужую жизнь. Ситуация с Арсеном было исключением, ибо я уже повлияла на его жизнь до заключения нашей сделки.

У местных богов есть свои правила, и они мне чертовски не нравятся. Увы, я ограничена, но зато могу ходить среди живых. Быть, частично, живой.

Я молчал.

— Я должна дать тебе родовое кольцо, но увы, подобного у меня нет. Хотя эти сраные правила...

— Кто их придумал?! С кем ты общалась после сделки? Или это как-то иначе было?

— В голову пришли знания, а вместе с ним и барьер. Уж не думала, что настолько меня ограничат.

Но ничего, я порезвлюсь и без этого. Обещаю, Димочка! Обещаю...

***

Выписывали меня на следующее утро. Подметили не совсем нормальное исцеление, но здесь увы, я ничего поделать не мог. Из приветливой больницы меня встретило уныние, серость будущей зимы и радостная мордочка Наташи. Ее красные волосы торчали из шапки и при беге, казалось, грива пыталась эту шапку скинуть.

Уж о ее искусственном объёме шевелюры, даже Катя спрашивала. Завидовала, скорее всего.