Ярость Стикса

Правда или брешут в больших кабинетах?

Брюс удивился скорости распространения информации.

- Да. Кой-какие наработки есть.

- Так может окажешь услугу? Давай мое назначение там и отметим? Гарантирую, что статичных актеров у тебя не будет!

- Время терпит? Дело в том, что айтишники эти убыли на родину и появятся только через две недели.

- Сколько будут стоить их услуги, когда вернуться, можешь сказать?

Брюс уже знал, что такие вопросы тут задают, чтобы услышать, что никакой оплаты от друзей не нужно. Но из ситуации надо было выжимать всю пользу.

Два подряд срыва переброски людей и техники были неприемлемы.

- С парнями вопрос об оплате я улажу. С тебя небольшая услуга. Есть контакты в вертолетном полку?

- Вертолет надо пригнать? Не получится! Там новый командир. Пока никак.

- Мне вертолеты, как у вас говорят, «до лампочки». На один день нужны лопасти несущего винта к Ми-24. Надо три комплекта.

- Попробую договориться, но…

- Расходы скинешь мне на телефон.

«С паршивой овцы хоть шерсти клок», - вспомнил Брюс еще одну местную поговорку.

Где-то на кластерах была найдена стоянка с тройкой боевых вертолетов, но почему-то лопасти на них в день переноса отсутствовали. В митрополии такой товар найти было не реально, поэтому дело поручили ему. Стубборн был уверен, что его двойник с этим в силах справиться.

Глава № 7. Предчувствия Деда Ахрипа

Воевать ночью плохо. Ночью надо спать, давая телу и сознанию передохнуть от испытаний, свалившихся на них накануне, а также подготовиться к стрессам следующего дня.

Враг так не считал. Еще в обед, поедая пшенную кашу, солдаты обсуждали, что неприятель вероятнее всего что-то задумал. Уж больно спокойно было на той стороне поля, где окопались гансы, сменившие потрепанную в боях часть австро-венгров.

Предчувствия не обманули бывалых солдат 12-го Астраханского полка.

Расшвыривая в стороны клубы ночного тумана, на их позиции надвигались густые цепи германцев. Они шли плотной массой, плечом к плечу, наклонив винтовки с плоскими штыками и склонив головы в стальных касках.

Их было очень много. Казавшийся громадным немецкий офицер, державший над головой саблю, ударом ноги обрушил один из кольев в проволочном заграждении.

«Как же так? Почему деревянный кол, который только-только вкопали в землю, заменив поврежденный снарядом, оказался таким трухлявым?», - удивленно подумал унтер-офицер Назаров, выглядывая из-за щита пулемета.

В проход тут же устремилась лавина солдат в шинелях мышиной расцветки.