Драконов мало. ДС-12

- А-а… Ну, ладно… - Он повернулся к братьям лицом, но смотрел в пол, хмурясь над личной загадкой. – Вальгард велел придумать игру – причём за один день. Для тренировок нам дал всего три дня. Послезавтра – уже игра, с высокими зрителями из правительства. Сама игра не отточена идеально, как те, в которые мы играем. Условия не вполне определены. Одна из команд вообще не готова к игре – имею в виду некромагов из Старого города. Да и команда взрослых – тоже, если быть реалистом. А Вальгард очень доволен тем, что есть.

Видел я его, когда мы закончили второй этап игры. Нет, правда – очень доволен. Ну и… Помните, в прошлый раз я думал о том, кто ему нужен победителем? Мой ответ сейчас – никто. Ему нужна игра, которую увидят чужие некромаги. Поскольку они увидят её впервые, они будут думать, что мы так давно играем. Но зачем это надо?

- Я думал – только я так думаю, - смущённо признался Колин.

Коннор подошёл к нему, присел на его кровать и вопросительно взглянул на остальных. Мирт и Хельми переглянулись, а потом посмотрели на мальчишку-некроманта и покачали головами.

Мальчишка-эльф сказал:

- Только по следам твоих размышлений понял, что готов согласиться с тобой. До сих пор я только… тренировался, не думая о цели этой игры… Не совсем так, конечно. С первого дня, как Вальгард сказал, а ты насторожился, думаю. Но дальше того, что всё это загадка, не думал.

- Мне вообще было не до этого, - раздражённо сказал юный дракон. – Меня злит, что приходитс-ся пос-стоянно ис-спользовать иллюзорную мас-ску.

Я умею это делать хорош-шо. Но она меня злит.

Хельми и правда единственным в команде вынужден носить магическую маску обычного, почти неприметного мага-человека. Такова была договорённость между взрослыми организаторами игры. Довод сильный: Хельми высокий (гораздо выше самых высоких старшекурсников) и широкоплечий, да ещё длинные волосы, чёрного цвета с подпалинами, поблёскивающие драгоценными камнями вплетённых оберегов, так что его образ – сплошной кошмар для непривычных к нему существ.

Один взгляд некромагов-старшекурсников на него, истинного, даже не обернувшегося в драконью форму, – и они начинали напрочь ломать игру: тряслись руки-ноги, а головы вообще отказывать думать, как играть далее.

Но сейчас ведь речь не о том, каково каждому из них в игре.

Так почему же Хельми, обычно всегда невозмутимый, порой до смешившей Коннора важности, сердится?.. Иные загадки опустошают – знал Коннор.