Великий. Красный.

Пренебрежение наследницы Гремори приличиями порой могло вывести её из себя, но демонстрировать это фамильяру, который уже успел обернуться летучей мышью и помчаться прочь, она точно не собиралась.

А вчитавшись в спешно написанные рукой её подруги строки, Ситри и вовсе признала собственную неправоту. Причины для пренебрежения формальностями у Риас были более чем весомыми.

— Значит еще и сильный экзорцист.

В задумчивости поправив очки, девушка вернулась к столу и спрятала записку в выдвижной ящик.

Теперь она вновь была вынуждена задуматься над тем что нужно в связи с открывшейся информацией делать, и нужно ли делать хоть что-нибудь.

Пусть прямо Гремори и не упоминала о деталях случившегося этим вечером столкновения, но из того как именно было составлено послание легко можно было понять, что автор его изрядно переживала. А значит все прошло не слишком хорошо.

Тихо вздохнув, демон вновь села за стол, и в легком отрицании канула головой. Пусть она и была рада, что после прошедшего накануне разговора Риас все же решила сообщить ей несомненно важные сведения о изменении в известном составе сил падших, на общем фоне появление экзорциста мало на что влияло, пусть тот и оказался достаточно силен чтобы пережить столкновение со свитой Гремори.

Весомых причин для вмешательства по прежнему не было, так что Соне оставалось лишь придерживаться принятого ранее решения.

Повинуясь мысленному приказу, на столе перед ней, будто из ниоткуда, появился некрупный сыч с темным оперением.

Внимательно посмотрев в глаза своей хозяйки, птица понятливо ухнула, и выпорхнула в само собой открывшееся окно.

На особый успех Ситри не рассчитывала. Если верить записке от подруги, а не верить причин у нее не было, падшим сейчас должно быть совсем не до неизвестно чем заинтересовавшей их девушки, да и та в такое время уже, вероятно, давно предалась сну.

Тем больше было удивление демона, когда сознания ее осторожно коснулся разум фамильяра.

Птица без труда нашла нужное место, и не только застала обитательницу дома бодрствующей, но еще и увидела что-то интересное.

Прикрыв глаза, Сона расслабилась, опуская голову к груди. Со стороны могло бы показаться, что девушка задремала, и лишь присмотревшись можно было углядеть едва заметное движение глаз под веками.

Сейчас, глядя на мир взглядом связанной с ней птицы, Ситри запоздало вспомнила почему так не любила подобной практики.