Святая Мечей: Линарис

Она стояла, исполненная достоинства и гордости, закрыв глаза и стараясь не слушать оскорбления, летящие в свой адрес. В последней клетке ехал эльф. Марина начинала ненавидеть эту волшебную расу, а потому безошибочно определяла их в толпе. Он выглядел странно, болезненно слабым, даже для эльфа. Совсем худой, его голова подскакивала и шея опасно гнулась каждый раз, когда колесо повозки задевало даже не самый незначительный камень. Глаза выглядели безжизненными, потухшими. Рот стянулся в одну тонкую, почти незаметную линию.

На голове почти не было волос и только редкие волоски озорного горчичного цвета свидетельствовали о том, что они там вообще когда-то были.

Когда повозки проезжали мимо Марины, она заметила, что у эльфа не было одной ноги и руки, с разных сторон. Из-за этого даже то, как он сидел, выглядело странным и удручающим. Но в тот самый момент, когда повозка с эльфом проезжала рядом, он неожиданно дернулся, будто все тело свело судорогой, вытаращил глаза и уставился на Марину.

— Хороший меч, жаль плохой мечник. Да? — а потом он засмеялся, противным, кашляющим смехом, заходясь всем телом, валясь на спину, не в силах остановиться.

— Выдвигаемся! — прорычал Гримлок на общем языке. Специально, чтобы Марина пришла в себя и отправилась следом.

Орки имени Тур двинулись вперед, сопровождая колонну из повозок с клетками. Марина была почти уверена — они сопровождают заключенных. Осужденных преступников. А толпа вокруг желает устроить самосуд.

Орки должны защищать и сопровождать их. Но куда? Ей так никто ничего не объяснил. Марина попыталась скрыть свои эмоции и угрюмо зашагала следом за колонной орков. К счастью, повозки ехали отвратительно медленно, переваливаясь по дороге. А значит орки не смогут идти так быстро, чтобы девушка отставала.

Их процессия неспешно выезжала из города, под аккомпанемент гневных выкриков и пристального взгляда Теодора Флэнси, стоящего на втором этаже здания суда Дундимара. Он по привычке дотронулся до увесистого кольца, обосновавшегося у него на безымянном пальце.

Поиграл им, раскачивая из стороны в сторону, а потом чуть надавил большим пальцем, приподнимая кольцо и дотрагиваясь кончиком пальца до шрама, полученного им много лет назад.

— Марина Щербинина. Добро пожаловать в этот дивный, убогий мир. Надеюсь, мы еще встретимся.

***

До самого привала она молчала. Одиночество и отрешенность начинали становиться настоящей проблемой.