Святая Мечей: Линарис

— Кстати, за что тебя бросили в клетку?

— Моя семья отказалась от меня как только я потерял честь Мастера Меча. После этого пришлось скитаться и искать пристанища. Я взял ученика. Простолюдина, почти без способностей к мастерству. Но у него были звонкие монеты, кто знает откуда он их достал. Легкий заработок для меня. Я согласился учить его. И делал это успешно, — Тьери продолжил поглощать тывку, забыв окончить свой рассказ.

— И за это тебя бросили в клетку? За обучение мастерству?

— Нет, — Тьери съел тывку полностью, не оставив даже огрызка.

— Он бросил вызов одному из Мастеров Меча Дундимара и проиграл.

— Но при чем здесь ты?

— Потому, что когда Мастер Меча Дундимара обезоружил моего ученика, он не пожелал отпустить его с миром. Он занес меч над головой мальчика. Мне пришлось вмешаться.

— Ты хочешь сказать, что остановил Мастера Меча используя одну руку и одну ногу? — Марина покачала головой, не зная как реагировать на слова эльфа.

— Ну, в моей руке был меч, — Тьери рассмеялся, а девушка вспомнила то самое ощущение, которое вчера застигло ее врасплох.

Этот эльф был не простым Мастером Меча. Марина не знала, были ли у них классификации или какие-то уровни, подтверждающие мастерство. Но с кем бы она не сражалась — такого неимоверного давления, как от Тьери она не испытывала.

— Но почему тебя осудили?

— Все просто, Марина. Лишь Мастеру Меча дозволено сражаться, используя меч. Ты сама это знаешь.

— Да, но ты же…

— Потерял свою честь и все привилегии, — перебил ее эльф, не давая закончить.

Он потерял интерес к беседе и теперь лег на спину, уставившись на небо.

Марина хотела еще что-то сказать, но орки начали просыпаться, а она не хотела тратить слишком много времени у клетки с заключенным. Ей и так не особо доверяли, не хватало еще, чтобы ее обвинили в сговоре. Девушка, погруженная в свои угрюмые мысли, отправилась обратно к лагерю.

Там кипела работа. Орки сворачивали лагерь и собирались к продолжению марша. Толстолобые гномы проснулись и сейчас приказывали оркам, заставляя носиться по всему лагерю и собираться как можно быстрее.

Гримлок стоял рядом с гномами, но процесс явно не контролировал. На лице молодого вождя легко читалось недовольство и легкое раздражение.

Повар подбежал к Марине и украдкой спросил, удалось ли узнать что-то у эльфа. Марина рассказала, что он знает, кем был напавший на нее, но ничего не знает о Виритасе и его подлых поступках. Орк в сердцах взмахнул рукой, но не сильно расстроился.