Святая Мечей: Линарис

Сегодня Марина решила выбрать ветку потяжелее, вчерашняя тренировка показалась ей слишком легкой. И уже сотни раз об этом пожалела. Зато заметила, что кроме вчерашних двух орков, к ним присоединились еще трое. Которые с интересом украдкой наблюдали за тренировкой девушки.

— Выше подбородок, распрями плечи, тяни ноги, — Марина невольно рассмеялась. Вот этот комментарий был очень похож на то, что она привыкла слышать на танцах. — Что за ухмылка? Ты сражаешься с врагом, а не очаровываешь кавалеров! Резкий переход.

Еще раз. Реще. Руби. Разворот. Руби. Прыжок.

Марина почувствовала, как на спине появляются капельки пота. Вчера она совсем не устала, но сегодня чувствовала, как понемногу ее хватка начинает ослабевать. Тьери был совсем не таким учителем, как Фергюсон. Тот не любил объяснять. Чаще показывал и потом наблюдал за повторением. Если у Марины получалось плохо — показывал еще раз. Но техника Фергюсона была грубой, сильной и эффективной. Он был троллем, могущественным существом. Любой его удар стал бы смертельным для львиной доли Мастеров Меча этого мира.

Поэтому он не старался вникнуть во все старые письмена, до конца познать искусство отдельного Пути. Фергюсон был жаден до знаний, но он хотел слишком многого.

Тьери Гринтиир был Мастером Меча совсем другого сорта. Всю свою жизнь он посвятил единственному Пути. Выбрав Воздух, он уже не сворачивал с намеченной цели, развивая и оттачивая опасные танцы, став непревзойденным Мастером. Марина не знала всего этого, как не знала об устройстве мира и иерархии тех, кто шел по пути меча.

Все, что заботило девушку в данный момент, было в голосе эльфа, который продолжал выкрикивать обидные, но невероятно точные команды и комментарии:

— Это безумие, как можно так атаковать? Ты делаешь выпад так, словно роняешь меч. Точность, легкость, скорость. Вот три основы Пути. У тебя все мимо, тяжело и медленно. Я не слышу раскаты грома, не чувствую дуновения ветра. У меня всего несколько длинных волосков на голове, Марина, и ни один из них не шелохнулся от твоих ударов.

Ни один!

Сначала Марине показалось, что орки будут смеяться над ней. Не то, чтобы ей до этого было какое-то дело, но все равно — кому ж понравится, если над ним будут прилюдно издеваться? Она старалась не отвлекаться от упражнений, пыталась выполнять указы Тьери. Через какое-то время он стал меньше говорить и больше просто утвердительно хмыкать. Его голос был не похож на остальных эльфов, которых Марина успела повстречать.