Святая Мечей: Линарис

Когда орки были могущественны, битвы громкими, а слава — бесконечной. Мастер Меча смотрела в самую глубь вещей, и говорила всегда прямо, не выбирая слов. Линтара почувствовала, что начинает проникаться к ней настоящим уважением. — Что за?

Марина выругалась так, что Линтара захотела закрыть уши. Ее недоумению не было предела. Она никогда раньше не слышала таких слов, но понять их значение было не так уж и сложно. Дернулись даже молодые орчихи, подготавливающие купель. Марина стояла как вкопанная, закрыв рот руками и не в силах отвести взор от отполированной поверхности большого железного зеркала.

— Это что, я? — Марина дрожащей рукой указала вперед, на свое отражение, а потом повернулась к Линтаре. — Скажи, что это ошибка. Умоляю.

Линтара, пытаясь сдержать смех и сохранить достоинство, уклончиво качнула головой. Брат говорил ей, что Марина выглядела очень плохо, и, похоже, провела в лесу долгое время, видимо выслеживая Тессерита. И сейчас, похоже впервые, она увидела, во что превратилась.

Понять, какого цвета у Марины волосы — было невозможно.

Грязь, листья и пещерная пыль смешались, создавая феерию безумного стилиста. Сами волосы спутались, будто проростая сами в себя. Марина с ужасом смотрела на свое отражение, не в силах осознать, что это была она. Смутно она помнила, что иногда волосы отрастали так сильно, что мешали ей нормально смотреть вперед, тогда она доставала Стормраннер и отрезала челку. Это было заметно, за огромной копной грязных волос угадывались ее глаза, расположенные посередине чумазого лица, напоминающего домовенка.

Да она вся напоминала домовенка из советского мультфильма! И то, домовенок был одет хотя бы приличнее. На Марине была блузка и джинсовая куртка. Блузка, когда-то была белая с принтом — сейчас выглядела желтой с облезлой картинкой. Синий джинс безнадежно выгорел под светилами, испачкался в грязи и дождевой воде, поэтому больше походил на какую-то корку, охватывающую девушку. Марина силилась вспомнить надевала ли в тот день бюстгалтер, потому что проверять ей не хотелось.

Даже если он и был надет, скорее всего пряжка разлетелась и она сняла его когда-то давно, да и забыла об этом.

На ноги нельзя было смотреть без содрогания. Марина только лишь украдкой взглянула вниз и почувствовала, как голова закружилась. Обуви на ногах не было. Вместо этого ступни были похожи на огромные кровяные бугры, которые собирали иголки, бились о камни и грубели, постепенно принимая черно-окоченевшую форму, в которой и предстали сейчас.