Мантра тысячи смертей

После сегодняшнего сна в ней что-то изменилось, она по-другому смотрела вокруг. Неожиданно, знакомые с детства улицы стали для нее совсем узкими, будто пытались задушить ее, захватить в своих кривых поворотах и навсегда оставить внутри. Поглотить без остатка, стирая саму историю об Аше. Ей впервые в жизни захотелось выбраться отсюда, убежать, скрыться, оставить трущобы далеко позади и никогда не возвращаться. Дети и раньше говорили о побеге, но это были всего лишь слова, никто из них не обдумывал действия всерьез, да и не могли они покинуть грязные трущобы посреди красной пустыни — ведь во внешнем мире такие, как они, были никому не нужны.

Единственным способом вырваться из этого захолустья для детей вроде Аши и Амита было участие в кровавом турнире, только вот чтобы попасть на него, нужно для начала найти учителя или хотя бы спонсора, готового выставить их на бой. Ни учителей, ни спонсоров в трущобах, конечно же, не было.

— Пришли, — Амит раскинул руки, словно гордясь покосившимся трехэтажным зданием, перед которым они оказались.

Что-то спалило его изнутри, выжигая дотла. Остался только почерневший каркас да пара деревянных балок, которые только чудом сдерживали основу дома, не позволяя разрушиться.

— И что это? Твой сгоревший замок? — усмехнулась Аша, переводя дыхание. Удивительно, как прожив столько лет в этих трущобах они умудрялись иногда находить все новые и новые постройки.

— Нет! Это мой смотровой пост! Отсюда открывается отличный вид на великолепное царство грязи и боли! За мной, — он махнул рукой и тут же устремился наверх, резво прыгая с одной выступающей балки на другую.

Амит был не самым сильным мальчишкой в округе, зато был поразительно ловким, быстрым и гибким. Брат вытянул руки в стороны и ловко вскарабкался по стене, размахивая руками и ногами, цепляясь за небольшие уступы и сколы. Двигался, будто гигантский паук, одетый в грязные лохмотья и хохочущий что есть мочи. В отличии от брата, Аша всегда была грустной девочкой, недовольной, надменной и немного злобной.

Мало что помнила о своем прошлом, но всегда чувствовала, что с ней случилось что-то такое, что оставило неизгладимый след. Она смотрела на других жителей свысока, будто была важнее и главнее их всех. За это Аша частенько получала увесистых тумаков и подзатыльников. Правда боли девочка почти не чувствовала, а любые ссадины быстро заживали. Лелани говорила, что у Аши особая кровь, доставшаяся по наследству.