Артефакты. Мастер Сагрэй

Видимо, моя магия каким-то образом позволяла мне мыслить даже в предсмертные мгновения.

Последним моим чувством были ярость и разочарование, злобная обида на судьбу: стоило попасть в магический мир, вылечиться от всех болезней, почувствовать себя магом, чтобы вот так бессмысленно погибнуть на этом дурацком острове!

– Сволочи! Чтоб вы все сдохли! – вдруг заорал я сквозь пламя. – Горите все заживо, как и мы! Проклинаю! – я тут же задохнулся от дыма и судорожно закашлялся. Внезапно услышал нарастающий гул толпы.

Я приоткрыл глаза, которые уже почти не видели из-за разъедающего жара и дыма. Костер вокруг меня пылал ярким фиолетовым пламенем, а потом внезапно погас, рассыпавшись разноцветными искрами.

Остатками туннельного зрения высохшими от жара глазами я смотрел, как волновалась толпа, что-то кричал маг, а стражи-вампиры взмывали в воздух. Люди на эшафоте уже затихли, а вокруг нас с орком образовалось пустое пространство без огня. Тело горело от боли, на ногах чернела обугленная кожа с остатками сгоревшей одежды.

Тяжелый запах горелого дерева, ткани и мяса бил мне в нос, и я все-таки отключился, успев понять, что этот страшный запах идет от меня.

Глава 9. Узник замка Изаюрд

Темный подвал. Холод и сырость. Боль и бред. Перед глазами всплывают нереальные образы обоих миров. Я не понимаю, кто я такой и где нахожусь. Первая проскользнувшая в голове мысль – я умер. Вторая – этого не может быть: мертвые не чувствуют боли.

Иногда в горячем бреду я видел склонившееся надо мной лицо какого-то старика.

На долгое время оно стало моим личным кошмаром. Серое, сморщенное как изюм, обрамленное редкими седыми космами, с белесыми, почти прозрачными глазами. В нем было что-то пугающее, неестественное, как будто это было лицо мертвеца. Он часто что-то бормотал, иногда я даже понимал слова.

– Нет, не жилец… Не жилец…

– Поправится, – отвечал ему кто-то гулким басом. Я надеялся, что это мой друг Хулдизэт, но боялся поверить в то, что он выжил. – Он должен поправиться, он же маг!

– Да какой он маг? – раздраженно возражал старик.

– Обычный слабый человечек, волею богов выживший на костре… Ожоги затягиваются, но медленно. У тебя все зажило быстрее.

– Я другой расы, – прозвучал самодовольный ответ.

– А у него все воспалилось. Болит, наверное, безумно. Если он вообще чувствует боль. Думаю, он на грани и как раз сейчас выбирает, остаться или уйти.

– Так помоги ему!

– Я помогаю! Но у меня уже нет сил.