Шкет

Но тут бородатый Игнат коснулся моего лба своей ладонью, где на указательном пальце обретался вычурный перстень матово-чёрного цвета с фиолетовым камнем посередине. И мне тут же невыносимо захотелось спать. Вся бушующая до этого энергия неожиданно куда-то делась, а тело, словно по мановению волшебной палочки, расслабилось, унося меня в тягучее забытьё.

Глава 6

Очнулся я от запаха ладана, который буквально сшибал нос. Тягучий и маслянистый он своей приторной сладостью проникал внутрь, заставляя сознание бултыхаться в каком-то болоте.

А, может, там было и ещё что-то кроме ароматической смолы? Слишком уж странно он на меня воздействовал. Я будто даже и не просыпался вовсе. Всё вокруг казалось неким сном, растянутым переходом между беспамятством и сознанием. Звучали тихие вопросы, моего лба касались чужие пальцы, а на губы падала холодная вода.

Кажется, я даже что-то отвечал. Искренне и полностью откровенно. Зачем врать? Да, я и не знал, что такое ложь. Моя душа была словно распахнутая книга, и неизвестный читал её, ничуть не стесняясь, заглядывая в самую глубину.

Не знаю сколько времени это продолжалось, но в какой-то момент, я вдруг понял, что вышел из этого пограничного состояния и вполне осознаю, что происходит вокруг. Мои глаза были закрыты, я полусидел в чём-то, похожем на кресло и слышал разговор прямо возле себя.

– Значит, “чистый” он, батюшка?

– О чём ты, сын мой? Отрок сей грешен, как и все мы.

– Прошу прощения, я немного не об этом. Есть ли в нём скверна какая или что-то тёмное?

– Если ты о дьяволовом семени, то нет.

– Хух! Уже и на этом хорошо. А орос в нём есть?

– Окстись, сын мой. Орос есть в каждом, кто Бога в себя принял. Ибо это искра, без которой не может гореть пламя духовное. В едином народе – единая душа. Само название тебе об этом прямо и говорит. Объединённая Родовая Суть, вот то, что отличает нас от иных племён земли-матушки.

– Так нет уже никого из иноверцев на планете. Улетели, чай, уж лет под сто назад.

– Улетели, но не сгинули. Да, и корни всегда назад тянут.

Не выдержав, я слегка пошевелился. Затёкшие от долго лежания конечности непроизвольно дёрнулись.

– Вот и отрок ваш очнулся. Негоже его в неведении держать, – снова прозвучал мелодичный баритон священнослужителя.

Я уже примерно понял, что со святым отцом говорит кто-то из этих двоих. Судя по голосу, скорее всего, бородач Игнат.

– Теперь-то я могу сам у вас кое-что спросить? – открыв глаза, произнёс я.