Стратегия одиночки. Книга пятая

Едва я это сделал, как в моём разуме гулко раздалась мыслефраза:

“Рэйвен Александрит, как первый своего народа с записанным на моих Страницах девизом, в Свете и Тьме, в Тени и Утренней Заре, готов ли ты принять на себя Знак Шерифа народа сортудо?”

От такого предложения Божественного Артефакта я, мягко говоря, растерялся. Нет, я, конечно, слышал песни бардов о случаях, когда Книга проявляла некое подобие свободы воли и выбора, но считал их просто выдумкой и сказками. А нет, не выдумки, не сказки. Пока стоял, замерев от неожиданности, перед мои взором быстро пробежала вся ситуация со спором местных проходчиков с землянами.

И то, как я эту ситуацию разрешил, видимо, пришлось Книге по нраву.

В Прошлом Цикле первым среди землян девиз заработал, если не ошибаюсь, Нейт. Но он к проходчикам относился, мягко говоря, прохладно и даже немного презрительно, считая, что они не воины, а те, кто отвернулся от воинской стези в угоду прибыли. Нейт точно не получал никаких предложений от Книги. Потому как, будь иначе и зная, как он любит хвастаться своими свершениями и достижениями, эту деталь он никогда бы не забыл упомянуть.

Предложение Книги было очень интересным. По сути, его принятие делало меня экстерриториальным шерифом, не привязанным ни к какой области, городу или королевству. И наделяло правом вершить суд в ситуациях, в которых одной или обеими сторонами выступали сортудо. Да, это было во многом ограниченное право. Вердикты местных шерифов или местного суда имели более высокий приоритет над суждениями народного шерифа, но всё равно, это было очень заманчивое предложение.

Да, какое заманчивое? О чём я думаю? Что тут думать-то?!

“Согласен!” - Едва удерживаюсь, чтобы не выкрикнуть это вслух.

“Клянусь соблюдать Уложения”.

“Клянусь соблюдать Уложения”. - Послушно повторил я мысленно за Книгой.

“Клянусь судить справедливо”.

“Клянусь судить справедливо”. - Эхом отдаются мои мысли.

“И Слово не затмит для меня Суть.”

“И Слово не затмит для меня Суть.”

“Именем Ишида и благословением Его!”

“Именем Ишида и благословением Его!”

Моя ладонь, словно приклеенная, лежала на Книге.

Какая-то странная энергия, не похожая ни на ману ни на прану, намного более “чистая”, едва прозвучали последние слова Книги, прошла по моему телу. Пробежала от кончиков пальцев к груди и изменила мой Знак проходчика. Этот Знак по-прежнему остался узнаваемым, но одновременно стал похож и на Звезду Шерифа, так как в его центре появилось изображение полураскрытого Свитка Ишида.