Последний из Братства. Трон Света

- Так просто? За то что он молчаливый?

Тарас рассказывал им про имена в Яме. Они имели там очень большое значение и к вопросу выдачи имени подходили очень серьёзно.

- Нет, там всё было не просто, - Маркус прикрыл глаза и на его лице отразилась невыносимая печаль, - то был последний раз, когда появились отказники.

- Отказники?

Маркус кивнул и открыл влажные глаза.

- Да. Когда ты попадаешь в Яму с тобой будет ещё две-три сотни одногодок.

К пятнадцати их в лучшем случае останется два десятка. И будь у тебя выбор, ты бы лучше зашел в газовую камеру, чем ступил на холодный песок против любого из них.

К тому времени ты столько испытал, столько пережил, ненавидишь Яму и её создателей так сильно, что готов вытерпеть всё: голод, жажду, лишение сна, любую боль, даже лишение воздуха – нет ничего, что могло бы заставить тебя выйти на бой и драться с братьями. Кроме одного.

Старшие защищают младших – это был главный закон в том кодексе правил, что мы для себя выстроили, чтобы не превратиться в животных.

И именно он был причиной, по которой старшие продолжали сражаться. Все знали, что будет, если вы откажетесь сражаться друг с другом.

Но противостояние этому было в то время одной из главных идей: если они не смогут заставить нас биться, то что им делать? Нет ни ставок богачей, ни объективных результатов исследований. Нужно просто вытерпеть и система сломается.

Маркус понуро покачал головой.

- Это были Траск и Хавок. Они отказались сражаться. Не взяли оружие, просто сели друг на против друга. Судья при виде такого неповиновения только посмеялся. Помню, как в тот день в тюремный блок пришла сразу сотня охранников, за младшими, за теми, кто окреп достаточно чтобы вытерпеть истязание, но ещё не прошёл свой первый бой – им даже восьми не было. Старшие из нижней части блока пытались их подбадривать, объясняли зачем всё это и как проще пережить предстоящую боль.

Их повели наверх, на арену, чтобы взбунтовавшиеся видели своими глазами цену своего решения, а в тюремный блок транслировались звуки оттуда. – пальцы Маркуса крепко сжали деревянные перила, затрещавшие под давлением такой силищи, - За непокорность старших всегда истязали младших, кто ещё не привык к пыткам. В тот раз, им сдирали кожу со спины.