Сингулярность

Мне бы понадобился месяц, чтобы его изучить и вникнуть в детали, – всплеснул руками Президент.

– Именно поэтому ЦРУ всегда и действовало с определенной степенью э... самостоятельности. Именно поэтому вам, в случае чего, не придется объясняться перед комиссией Конгресса. Вы чисты. Вы честно можете смотреть людям в глаза и говорить правду. Ведь вы действительно ничего не знали. Пострадают только те, кто был непосредственно завязан в операции. Вы со спокойным сердцем можете отдать на растерзание Конгрессу меня и моих людей.

Можете вообще сказать, что это был заговор с целью вас опорочить. Но сами останетесь чисты перед законом и перед своей совестью.

– Черт возьми! Я так ничего и не понял, – вмешался в разговор Бэйтс. – Какая совесть, какие комиссии? Вы о чем?

– Ладно, Тэд, – немного успокоившись, сказал Президент. – Никто тебя сдавать не будет. Ты часть моей команды и классный профессионал, каких в Вашингтоне почти не осталось. Мы вчера только начали этот разговор, так что давай, расскажи нам все сначала.

Что вы там накрутили  вокруг Большого адронного коллайдера.

– То есть ты знаешь, что там сейчас происходит? – удивившись, спросил госсекретаря Бэйтс.

– Знаю, – спокойно кивнул тот. – Более того, все это часть большого плана, который в режиме абсолютной секретности в соответствии с пунктом 5.2 был развернут, когда я был директором ЦРУ. И сделано это было для того, чтобы вывести из-под возможного удара Президента США. К тому же вы знаете, какие у нас проблемы с утечками. Это не Белый Дом, а сито какое-то.

За каждым углом если не шпион, то болтун губастый, которого раскрутить на информацию – раз плюнуть. Поэтому чем меньше людей знает о действительно серьезных вещах, тем лучше. Особенно если учесть, что подготовка к операции на коллайдере началась еще десять лет назад.

 – Почему все так затянулось. Это на ЦРУ не похоже, – поинтересовался Бэйтс, внутренне сгорая от нетерпения услышать подробности операции.

– Тогда ничего сделать было нельзя, потому что коллайдер не вышел на топовые энергии, да и дела в то время у нас с европейцами шли получше.

Мы как раз снова начали подгребать под себя их лидеров. Помню, Рон, ты тоже был в деле с их многолетней просушкой АНБ, должен помнить, сколько дерьма мы на них накопали. Да и Россия с Крымом помогла тогда. Из-за прошлых поражений Европа всегда испытывала неосознанный страх перед русскими, и нам почти удалось развить его в настоящую паранойю.

– А сейчас? – осторожно спросил глава МНБ.