Первый паладин

Шансов против экипированных воинов при мечах со щитами у нас не было, и мы с отцом быстро оказались прижатыми к земле с остриями мечей у горла.

– Ну, вот и ладушки. Не надо дергаться, а то поранитесь. Парни у меня нервные, могут и заколоть ненароком. – Подонок склонился надо мной ,и мне в лицо прилетел до омерзения приторный непонятный запах чего-то тлетворного.

Выпрямившись, атаман подошел к моей дрожащей матери и схватил ее за волосы. Не обращая внимания на крики испуганной женщины, он выволок ее на открытую площадку и бросил на землю, прижав ее горло своим сапогом, а острой саблей свысока начал срезать её одежду, нисколько не боясь этим нанести ей порезы.

Напротив, вид крови приводил его в самый настоящий экстаз, а щупальце на его лице лишь яростнее трепетало при каждом стоне беззащитной женщины.

Мы с отцом попытались высвободиться из захвата головорезов, но добились лишь прилетевших ударов по печени. Мне же разбойник еще и оставил порез на лице, идущий прямо от правого глаза, из которого моментально потекла дорожка крови, капая на подножную грязь.

А я и не замелил за всем этим, как погожий денек быстро сменился на дождливую погоду. Над деревней нависли черные тучи, закрывая солнце и грозясь сменить легкий дождь на еще более сильную грозу и ливень.

Тем временем главарь банды наслаждался моментом:

– Кричи, тварь! Твои слабаки тебе не помогут! Теперь я решаю твою судьбу. Если ты сможешь в полной мере меня развлечь, я может, и оставлю тебя в живых.

Кто знает? Ай! Что за… Вот же мелкая дрянь!

Последующие события повергли меня в еще больший ужас. Лежа в грязи с лезвием у горла, во мне теплилась надежда, что хотя бы сестра находится в безопасности. Что ей не придется терпеть эти унижения. Но сейчас мои зрачки округлились от вида Виктии , стоящей за спиной у главаря разбойников с моим ножом в руках. Пользуясь суматохой и задымлением, незаметно подкравшись к главарю, она сумела пырнуть того в ногу.

Но рана была слишком несерьезной, чтобы свалить бывалого бандита. Его единственный глаз отражал злость и ничего человеческого в нем уже не читалось. Он занес свою саблю над моей испуганной измазанной в грязи сестрой… И мир погас…

***

Дамин фривольно прохаживался средь окружающего хаоса агонии горящей деревни, наслаждаясь эманациями страха и боли. Колдун недавно примкнул к шайке разорителей, оказывая ей поддержку своими колдовскими навыками.