Земля потерянных судеб. Том 2.

Я дал тебе имя Хаук – что значит сокол, и воспитал так, чтобы ты, подобно хищной птице бесстрашно разил моих врагов, обрушиваясь на их головы. Твои старания и твоя ненависть превзошли все ожидания… но суть ни в этом. За все годы, что ты служил мне, я так ничего и не узнал о тебе. Война тому виною. После смерти владыки, я поручил советнику Хамону тайно разыскать людей, которые жили в твоей деревне, и опросить их. И знаешь что? Такие люди нашлись!

Ладони и пальцы Рона похолодели, а сердце всколыхнулось в груди.

Он обернулся, но советник хранил каменное лицо. Рон с недоверием уставился на короля.

- И кто же я?

- Ты ведь не думал, что я настолько ценю живопись, чтобы потратить на нее последние часы жизни?

- Вчера я понял, что совсем не знаю вас, – Рон пожал плечами.

- Ой, да брось… - рассмеялся Седрик. – Пройдись-ка лучше, взгляни на эти портреты. Как знать, может узнаешь кого-то?

Рон кивнул. Его обуяло волнение, мысли ворохом проносились в голове.

Следуя просьбе короля, он послушно обошел половину зала, вглядываясь в светлые или суровые лица. Картины были детально исполнены, прорисованы до кончиков волос. Где-то масло было относительно свежим и еще испускало характерный запах. Другие – подернулись от времени паутинкой мелких трещин. Были и совсем старые, блеклые полотна. Но лица на них все же можно было узнать.

Странно, но кое – кто казался Рону знакомым. В сознании мелькали отдельные всполохи, похожие на обрывки воспоминаний.

Приятные, и не очень… Король, советник, и все, кто присутствовал здесь – хранили гробовое молчание, тревожно следя за ним. Наконец, Рон обомлел… тело его оцепенело, вздох замер в груди. Он смотрел на картину и не верил своим глазам.

- Кого-то узнал? – спросил король вкрадчиво.

- Да, ваше величество, – с трудом выдавил он.

- Можешь назвать их имена?

Рон покачал головой и прокашлялся.

-  Я был мал и глуп, чтобы запомнить их имена. Я… знал их как отца и мать, ваше величество, – громко и четко ответил Рон.

- Что и требовалось доказать… – с облегчением вздохнул советник Хамон.

Он подошел к столу, обмакнул перо в чернильницу и поставил свою подпись на большом гербовом документе, и на его копиях меньшего размера.

- Сим подтверждаю, и свидетельствую! – торжественно объявил он.

Следом, каждый из присутствующих, стараясь не нарушать торжественности момента, проделал то же самое.