Явь

Плох тот богатырь, который засыпает, глядя в прицел привода!

Колонный зал был одним из немногих зданий в Городе, обладающим своей личной архитектурой. Такие здания можно было пересчитать по пальцам руки. Храм дисциплины, Министерство обороны, Министерство гражданских нужд и Университет. Все. Все остальные здания были типовыми. Построенными с помощью таких же типовых заводов, привезенных с прародины первыми колонистами. Дисциплина призывала людей не желать чего-то изысканного, а довольствоваться простым и надежным.

Колонный зал был грандиозен.

На входе он встречал немногочисленных посетителей двенадцатью колоннами, поддерживающими коническую крышу. А внутри находился зал с двенадцатью колоннами, стоящими по кругу и поддерживающими потолок, тем самым ограничивающими переговорный зал внутри их круга. В зале располагалось двенадцать столов с креслами. В них сейчас восседали главные люди Города. Главный стол, он же самый большой, с самым роскошным креслом располагался прямо напротив дверей, до него было ближе всего идти, и принадлежал он, конечно же, мэру Города Утину. Два стола по бокам слева и справа принадлежали казначею и министру обороны, и были немного скромнее стола мэра. А дальше шли столы победнее для разнообразных министров: культуры, образования, медицины и остальных.

– Вопрос на повестке дня, господа, у нас сейчас один, – вещал мэр Города, – выживаемость! Что нам может сказать по этому поводу министр обороны?

Микрофоны в зале были не нужны. Тут была отличнейшая слышимость, да такая, что слышно было даже шепот.

Поэтому министры старались не обмениваться между собой ненужной информацией. Все потом можно будет обсудить в кулуарах или по телефону.

– Что я могу сказать, – со вздохом поднялся из кресла министр обороны, – все не так хорошо, как нам бы хотелось.

– Точнее, господин Муромцов, точнее, – произнес мэр.

– Псевды отошли, но недалеко, завтра утром будет снова штурм.

– Как вы, министр обороны, допустили уничтожение первой стены?! Эту стену строили наши прадеды, первые колонисты! – пыхал злобой и яростью, но еще пока сдерживался мэр.

– Честно? – пристально спросил неожиданно для всех Министр Обороны Муромцов. – Вам честно или в общих чертах, чтоб никого не обидеть?

– Честно! – гаркнул выходящий из себя Утин.

Все знали нынешнюю обстановку, и у всех нервы были на пределе, поэтому на резкий тон, никто не обращал внимания. Да и Муромцов вряд ли бы еще пару дней назад решился на такие слова, которые он произнес несколько мгновений назад.